2
0А когда я добрался до высокого скалистого холма, вдруг обнаружил в эфире 877-го. Оказалось, я был почти там же, куда несколько дней назад не решился лезть из-за угрозы встречи с сильными существами, только подошёл с другой стороны. Естественно, никаких сильных тварей здесь уже не было. Агент 877, который торчал тут всё это время, ликвидировал всех иных, в том числе одного семнадцатого уровня — с таким я точно не справился бы. Мне же теперь оставалось рыскать по округе и добивать мелочь.
А вот видений с каждым днём становилось всё больше, и на фоне этого встреча с моим покойным отчимом уже не казалась мне чем-то сверхъестественным. То какое-нибудь сооружение вдали начинало мерещиться, то люди, а один раз привиделся вездеход — старый «Бульдог», на котором я когда-то катался по красной зоне. А на то ли седьмой, то ли на восьмой день я на несколько секунд оказался среди оживлённого города. Тот выглядел, как настоящий, а потом просто исчез так же внезапно, как и появился.
И тут стало понятно, надо возвращаться, тем более, что 877-й во время последнего нашего разговора по рации тоже советовал это сделать.
Я был не против. Результаты превзошли всем мои ожидания. Энергетический баланс вырос до триста пяти тысяч, прокачались два уровня, а подсумки распирало от кристаллов, как обычных, так и чёрных.
Забрёл я так далеко, что еле-еле хватило заряда батарей, чтобы добраться до червоточины. Когда пересёк барьер, в нашем мире был день, а сквозь пелену туч пробивались лучи солнца — самого обычного, земного.
В лагере я узнал от сотрудников, что оказывается, с момента открытия бреши прошло уже одиннадцать суток. Для меня же дней прошло меньше, поскольку спал редко и сбился со счёту времени.
За три дня до расчётного времени схлопывания червоточины все агенты должны были вернуться. Оставалось четыре дня, то есть, идти обратно смысла не было.
В этот же день из бета-мира вернулись ещё несколько агентов. Среди них были Ясмин, Антоха и 877-й. Вечером нас всех забрал вертолёт.
Лишь очутившись на базе, в тёплом уютном здании, я в полной мере почувствовал, как устал за время вылазки. Глаза слипались, я еле держался на ногах, а всё от того, что последние две недели очень мало спал. На тридцать часов приходилось от силы четыре-пять часов сна. Но тогда паразит в моей голове гнал меня вперёд, поддерживая в тонусе нервную систему, и я шёл. А теперь он затих, присмирел, и накопившаяся усталость дала о себе знать.
В червоточине ещё находились люди, но их уже уведомили о необходимости возвращаться. Для этого в воздух подняли несколько дронов, которые на общей чистоте посылали радиосигнал.
