2
0— Слышали меня? Пошли все вон! Или я сам вас сейчас выкину отсюда в две секунды, — я силой мысли поднял над шезлонгом одного из отдыхающих и уронил в траву рядом.
Гостей как ветром сдуло, и вскоре мы с Трофимом остались наедине. Лицо родственника принимало всё более испуганный вид по мере того, как до его затуманенного алкоголем мозга доходила суть происходящего.
Трофим оказался на посту директора завода почти так же, как и другие члены рода оказывались на своих постах. Эту должность прежде занимал его отец, который вроде как дружил с Аркадием, а потом должность «перешла по наследству». Сынку было двадцать семь или двадцать восемь, когда он сел в кресло исполнительного директора. Вот только работать он совершенно не умел и не хотел, считая это ниже своего достоинства.
С тех пор прошло уже девять лет, но ничего не изменилось.
— Да, неплохо тут у тебя, — я опять огляделся. — Наверное, недёшево обходится тебе твоя недвижимость. Неужели жалование исполнительного директора покрывает такие расходы?
— Вполне, — Трофим попытался произнести это уверенным тоном, но я чувствовал, что он растерян. — Да не такое уж и большое состояние, знаете ли. Ну всего-то квартирка от отца досталась, дом, да этот дом.
— Ага, где-то год назад.
— Ну да… шесть… кажется, — пробормотал он себе под нос, словно забыв их количество.
— А где остальные деньги?
— Какие остальные деньги, Кирилл Аркадьевич?
— Как какие? Пять миллионов, которые ты укрыл.
— Погодите-ка, Кирилл Аркадьевич, какие пять миллионов? Да я в жизни…
Трофим не договорил, поскольку в следующий момент с громким всплеском рухнул в бассейн. Он пытался выбраться, но я силой мысли держал его под водой и смотрел, как родственник беспомощно барахтается у самого дна. В свои тридцать шесть лет Трофим имел всего лишь двадцать шестой уровень, и справиться со мной был не способен.
Когда я понял, что ещё чуть-чуть и парень захлебнётся, я вытащил его из воды и поднял в воздух, сжимая его горло невидимыми энергетическими волнами.
— Итак, слушай меня внимательно, — произнёс я строго. — Ты оказался настолько туп и жаден, что о твоих выходках не слышал только глухой. Я прекрасно знаю, сколько ты украл. Пока ты развлекался в купленном на ворованные деньги особняке, мои доверенные люди проводили проверку на заводе и учли каждую копейку, положенную тобой в карман. И ты крупно влип, Трофимушка.
— Кирилл Аркадьевич, простите ради всего святого! Да, есть за мной такой грешок, не буду отрицать, — бормотал толстяк. — Воровал, да, не смог удержаться. Но я верну. Всё верну! Голову даю на отсечение, верну до последней копейки!
— Вернёшь, куда же денешься? — я отпустил Трофима, и тот плюхнулся в воду.
Он кое-как выкарабкался, сел на край бассейна, отплёвываясь и потирая шею.
