5
0Лекция Поломатова гремела вокруг, но мой мир сузился до пульсирующего шара в руках и загадочной улыбки светловолосой княжны. Война с Оборотневыми казалась теперь простой и понятной разборкой по сравнению с этим тихим, улыбающимся… неведомым.
Пустошь внутри сжалась, готовая к удару. Но откуда он придет?
Шар в моих руках был не артефактом. Он был живым узлом извращенной боли. Пульсация под пальцами — не ритм, а аритмия. Стеклянная оболочка трепетала, как кожа перегретого паука. Внутри — спираль из светящегося кварца и меди, опутанная проводами, где вместо тока бесился дикий эфир. Синяя стабильность, которую я насильно удерживал волей Пустоты, была лишь тонкой пленкой над кипящим хаосом.
Не техномаг я. Не мое. Но разрушать — мое. Чувствовать распад — мое.
Поломатов гремел где-то вдалеке, парил на платформе, тыкал в голограммы. Его слова — «резонанс», «обратные волны», «калибровка» — бились в уши бессмысленным шумом. Весь мой мир сузился до трепещущего сердца шара. Он хотел взорваться. Хотел выжечь аудиторию, стереть нас в радиоактивный пепел.
Пустошь внутри клокотала раздраженно. Сожги его! Преврати в ничто. Просто. Но что-то цепляло взгляд. Не сам шар. То, что к нему тянулось.
Тончайшие нити. Почти невидимые. Не мана-потоки, не световые лучи. Что-то эфирное, змеящееся, как дым. Они шли не от платформы Поломатова. Они вились от студентов. От нескольких фигур в третьем ряду — бледных, с лихорадочно блестящими глазами. Их пальцы судорожно сжимали под партами какие-то мелкие кристаллики.
Мысль ударила ледяной иглой. Не просто нестабильность. Диверсия. Кто-то намеренно вносил диссонанс, резонируя с уже шатким балансом стабилизатора через эти эфирные мостики. Каждая нить — как игла, вонзаемая в натянутую струну.
Шар вздрогнул в моих руках сильнее. Синее свечение дрогнуло, по краю поползла багровая жилка. Тепло сменилось жаром, прожгло кожу ладоней.
Ярость вспыхнула холодным пламенем. Не просто уничтожить угрозу. Найти источник. Отрезать. Наказать.
Пустошь отозвалась мгновенно. Мое восприятие резко сменило фокус. Не шар. Нити. Хрупкие, ядовитые щупальца, впивающиеся в его энергетическое поле. Я увидел их точки исхода — дрожащие кристаллы в руках трех студентов. Увидел слабые, но злонамеренные импульсы воли, бегущие по нитям.
Контроль? Нет. Перехват.
Я не стал рвать нити. Это лишь ускорило бы взрыв. Я направил Пустоту по ним. Как ледяную иглу по капилляру. Обратно. К источнику.
Не гасить. Не блокировать. Отразить. С усилением.
Весь нестабильный, дикий заряд эфира, который они так старательно вгоняли в шар, я схватил волей Нави, сжал в три раскаленных до бела иглы и — толкнул обратно по эфирным нитям. Со скоростью мысли. С точностью хирурга, знающего, где бьется сердце.
Эффект был мгновенным и ужасающим.
