15
0И захочет ли делиться — большой вопрос.
— А ты у них не главный разве?
— Я? Нет, конечно. У нас главных нет. Мы все делаем вместе. И за то, что сделали, отвечаем тоже вместе. Один за всех…
— И такое возможно — но редко. У нас несколько иные моральные принципы, более подходящие светлым. Когда трогают кого-то из нас, за него встают все остальные. Не думая о выгоде, не торгуясь с собой — просто встают и бьют морду, не думая о последствиях.
— Такая крепкая дружба не свойственна темным, — с сомнением протянула Настя.
— Ну, уж какая есть. Каждый из нас со своими тараканами — но это наши тараканы и трогать их чужому нельзя.
— Ну ты дал! Молодец! — меня по плечу стукнул подошедший Петр Годунов. Уже изрядно принявший на грудь, он масляно облизнулся на сиськи Насти, а потом снова переключился на меня. — Опозорил наследника рода. Гридень проиграл дружиннику, который еще даже в академии не учится. Несмываемый позор. Я доволен. Если что, обращайся. И насчет сестры не забудь — мое слово верное. Бывай.
Еще один удар, и вот он со своей свитой удалился.
— Зарабатываешь себе очки в глазах правящего рода? — Настя хоть и была удивлена, но старательно этого не показывала.
— Минуй нас больше всех печалей и царский гнев, и царская любовь, -процитировал я по памяти классика.
— Хорошо сказано. Дружба с цесаревичем…
— Посмотрим. Пока это лишь слова, Насть. Плесни-ка мне вон того красненького. Веселовы гады, но вино хорошо делают.
— Вино светлых, значит, предпочитаешь?
— Да какая вообще разница, кто его произвел? Главное, что оно вкусное и по мозгам дает хорошо. А я сегодня, как порядочный темный, собираюсь напиться и кого-нибудь трахнуть.
— Ты — это ты. С тобой просто так, для здоровья, не получится. А у меня стресс и прочие радости полового созревания. За эти дни столько всего произошло, что и вспоминать боюсь. Поэтому надо забыться — чем я, собственно, и займусь.
Ну, а дальше понеслась, и пусть хоть кто-нибудь меня осудит! Да, на императорском приеме было не принято нажираться — но это ж темные. У них все наоборот. И неформально считалось крайне неприличным уйти из дворца на своих двоих. А я очень приличный аристократ, да и положение героя вечера обязывает.
Кривдины-то, кстати, всем семейством быстро свалили.
