Иллюзия Выбора

Данис во все глаза смотрела, как Хитана шла к столу, немного задержавшись сегодня — явно наводила красоту. И не один только демон был впечатлен ее видом, плавной грациозной походкой от бедра и призывной улыбкой, что изгибала губы — половина столовой в лице мужского пола не сводила с девушки голодного взгляда. И даже оборотни, которые всегда сторонились рыськи, позабыли о своем презрении к той, что была лишена связи с луной. А Хитана умудрилась улыбнуться и пообещать взглядом все наслаждения мира всем, кроме Даниса. Смотрела на него, вызывающе выгнув брови и губы и невинно хлопая ресничками. Демон же прожигал ее алым взглядом несколько минуту, пока друзья рядом давились смехом.

— Ох, она напросилась, — шепотом заметил сидящий рядом с принцессой Лео.

— Она явно этого и добивалась, — так же тихо ответила Анна, тоже пряча улыбку.

Поведение подруги озадачивало принцессу, пока она не спросила у нее, чем это вызвано.

— Не знаю! Он и злит меня, и притягивает. Мне хорошо с ним, он дает мне то, чего не хватает. Даже наши перепалки приносят мне удовольствие, пусть и не всегда я выхожу из них победителем.

— Вот уж нет, — фыркнула Хитана, даже не задумавшись и не веря в то, что подобное возможно. — Едва ли это любовь. Страсть — да. И это временно.

— Именно поэтому хочешь выжать из него все? — понимающе хмыкнула Анна.

— Да. Он сам напросился, так пусть теперь не жалуется, — дернула плечом рыська.

Вот оборотень и отрывалась теперь во всю силу своей фантазии и воображения. И действительно наслаждалась происходящим. С уходом ее зверя, она лишила того, что щекотало ее нервы, вызывало азарт, и заставляло кровь быстрее бежать по жилам. И она не умела без этого жить. А потому возмещала нехватку ярких эмоций всеми возможными способами и средствами. И Данис был первым и главным. И Анна не замечала, чтобы демон жаловался. Да, порой у обоих чесались руки придушить друг друга, но тем не менее они не пытались разойтись по разные стороны.

И сейчас Анна смотрела на Хитану, и видела ту, кто сможет ей помочь. Научит ее некоторым из тех вещей, какие ей, как девушке, необходимо было знать. Она тщательно пыталась уйти от подобных тем, когда бестактная и наглая рыська пыталась их поднять, не считая нужным стесняться или скрывать. Но она росла в стае, не во дворце, где прививали культуру и нравственность. Она была оборотнем, для которых многие вещи нормальны и естественны, тогда как для людей — неприемлемы и даже оскорбительны. Но пришла пора стать смелее. И первой причиной, которая послужила этому решению, стало желание принцессы заставить Хасина растерять свою холодность к ней, которую он так тщательно лелеял.

Было неловко поднимать этот разговор, но Анна решилась. Поздним вечером пригласила рыську к себе и изложила свою просьбу.