2
0Сейчас даже не ночь, мама с папой за стенкой. И где мои лепестки роз? — пытаюсь все свести на шутку, но он, похоже, шутить не настроен.
— Я на тебя не давлю и не буду никогда давить, ты же знаешь. Но я для себя уже четко все решил, — глаза загораются. — Ну хочешь, я тебе предложение сделаю? Хочешь? Прямо сейчас!
— Боже, Кочетков, это на тебя так весна действует? — улыбаюсь, испуганно вопя про себя: «не хочу!». — Ты прямо как с цепи сорвался.
— Ну мало ли… Надо торопиться, а то вдруг уведут.
— Что-то не вижу толпы желающих.
— Если это шутка, то не смешная, — как же горят скулы.
— Но на разговор он вызвал почему-то тебя.
— Ты что, реально думаешь, что я бы с ним?..
— Да шучу я, конечно, — Кирилл расплывается в улыбке и звонко целует меня в щеку. — Даже если бы ты ему и понравилась, ты бы в жизни с таким отбросом не связалась.
— Разумеется! Только… не Крюк, а Кнут.
— Делать мне больше нечего, как погоняло какого-то сторчавшегося придурка запоминать. Странно, что ты его помнишь, — брезгливо морщится Кир, а затем поднимается.
Киваю, ощущая, как изменилась атмосфера между нами. Стала какой-то напряженной. Или мне это только кажется…
Зачем он вообще этого Кнута вспомнил! И что за прозвище такое дурацкое — Кнут?
Меня воротит от него. А глаза так вообще вселяют дикий ужас! Прозрачные какие-то, как у зомби. Абсолютно дурные.
Жужжание телефона вырывает из размышлений подобно выстрелу. Подскакиваю к письменному столу быстрее, чем на экран успевает взглянуть Кир.
Не знаю, почему я так торопилась. Словно почувствовала что-то.
А может, подсознание дало сигнал, что полчаса отмеренные Кнутом истекли.
Стреляю быстрым взглядом на Кира — он ковыряется в открытом на компе плейлисте, выбирая новый трек.
И тут же приходит моментальное:
— Кто там? — кивает Кирилл на мой телефон, и я едва не роняю его от неожиданности.
— Да так… Маринка. Спрашивает, как проходит день рождения тети Тани, — вымучиваю улыбку, засовывая телефон в карман. — Кирилл, я это… на минуту, носик попудрить.
Просачиваюсь из комнаты в коридор, прикрывая за собой плотно дверь.
Окна на подъезд выходят из спальни родителей Кирилла, зала и кухни. Решаю, что под видом «налить стакан воды» можно беспрепятственно скрыться именно там.
Это безумие, полное, но я должна просто убедиться!
В крови зашкаливает страх… и нервное перевозбуждение. В зале до сих пор беседуют родители, я слышу их приглушенные голоса. Пробираюсь на цыпочках мимо и быстро пересекаю просторную кухню.
