0
0Меня пронимает дрожь.
— Ну что, — от мыслей отрывает голос Марии Эдуардовны, — поможете мне убрать со стола?
— Конечно, баб, — отвечает Данил и я иду следом за ними в столовую.
Мы убираем посуду в полной тишине. Чувствуется некая скованность. Кроме того, повод для встречи не располагает к веселым разговорам.
Данил смотрит на старинные настенные часы и говорит:
— Бабуль, можно? Ты же обещала. Уже почти семь.
— Хорошо, иди включай, — отвечает Мария Эдуардовна.
Данил бежит в какую-то комнату. Мы идем за ним.
Он включает телевизор. На экране мелькают футболисты.
— Ты любишь футбол? — спрашиваю его.
— Да! — отвечает он, не отрываясь от экрана телевизора. — Сегодня Кубок Чемпионов!
— Нет, — с грустью отвечает он. — Но дядя Рустам обещал показать меня тренеру. Я очень жду этого. Дядя Рустам говорит…
Он не договаривает, потому что матч начинается и все внимание Данилы теперь приковано к телевизору.
Понимаю, что сейчас его лучше не отвлекать.
— Пойдем, Настя, в кабинет, — вдруг произносит Мария Эдуардовна. — Не будем ему мешать своими разговорами.
Встает и выходит из комнаты. Я следую ее примеру.
— Садись, — показывает она мне на диван, когда мы заходим, по всей видимости, в кабинет, а сама что-то достает из шкафа.
Потом садится рядом со мной. В руках у нее альбом с фотографиями. Она открывает его и показывает мне фотографии отца разных лет.
Внимательно вглядываюсь в лицо человека, которого я хотела увидеть все свое детство и юность.
Мария Эдуардовна рассказывает мне о нем. И немного о себе. Потом просит меня сделать то же самое. И я рассказываю ей вкратце о своей жизни, опуская некоторые подробности.
— Ты сейчас у Рустама живешь? — спрашивает она.
Киваю.
— Если хочешь, можешь переехать ко мне. Дом большой. И это и твой дом, Настя. Я буду рада, если ты останешься здесь. Мне жаль, что мы встретились только сейчас. Но я надеюсь, у нас есть еще много времени, чтобы узнать друг друга. Я всегда мечтала о внучке.
— Мне надо подумать, — отвечаю уклончиво.
Уехать от Рустама? От одной этой мысли кружится голова и я чувствую приступ тошноты.
— Я отойду в туалет? — спрашиваю.
— Конечно, Настя, чувствуй себя как дома.
Вскакиваю с дивана и несусь к двери. Забежав в туалет, прижимаюсь к холодной стене.
Как дома? Я не хочу быть тут как дома. Я хочу к Рустаму.
И тут страшная мысль посещает меня, но я пытаюсь отогнать ее прочь. Нет. Он же не заставит меня переехать? Не поступит со мной так?
Но он оставил меня сегодня здесь. Оставил. Без капли сожаления.
Нет. Я не хочу так думать. Нет. Он не сделает так. Я буду умолять его. Встану на колени. Нет.
Смотрю на себя в зеркало. Взгляд побитой собаки. Умываюсь холодной водой и кое-как прихожу в себя.
Мария Эдуардовна не виновата. Ей незачем знать.
