0
0И я не могу прочитать этот его взгляд.
— Вылезай, — командует он. — Я же сказал, ждать меня голой. Ты забыла? Или опять за свое?
Злой тон еще больше заставляет меня дрожать. Я убираю одеяло.
— Раздвинь ноги, — он стоит перед кроватью и я вижу, как увеличивается его член. Он поднимается все выше и выше. Становится все больше и больше.
— Потрогай себя, — хрипит он, обхватывая член рукой и медленно водя по нему вверх-вниз.
Я не знаю, как «трогать себя». Просто веду пальцы вниз живота и касаюсь там. Но не чувствую ничего. Совсем ничего. А еще ужасно стыдно. И я отвожу взгляд.
— Смотри мне в глаза! — рычит Рустам. — Ну!
И я, как кролик перед удавом, покорно поднимаю взгляд.
Его глаза стали еще темнее и они блестят. Но сегодня этот блеск пугает меня.
Он шагает ко мне, наваливается и сразу же резко вводит в меня член. Он опять с трудом протискивается, больно трется о сухие стеночки. И я вскрикиваю.
Рустам молча, тяжело дыша и стиснув зубы, вбивается в меня. Я вижу, как ходят желваки на его сосредоточенном лице.
Я уже не чувствую боль. Только небольшой дискомфорт от трения. Чувствую, как лоно, все-таки, немного увлажняется, но смазки очень мало.
Рустам хрипит, ускоряется. Его толчки становятся жестче. И кончает, упав на меня полностью и придавив к кровати.
Отдышавшись, поднимается и говорит:
Я опять слушаюсь его. Потому что понимаю, что сейчас он не в том настроении, чтобы ему перечить.
Он хочет взять меня сзади. Хорошо. Так он уже делал. Ничего страшного. Успокаиваю я сама себя. И лишь когда он пальцем ведет по позвоночнику и проникает между ягодиц, я начинаю испытывать беспокойство. Он же не будет…
— Боишься? — ухмыляется он, раздвигая ягодицы и клады палец на сжавшееся от страха колечко.
Пытаюсь перевернуться, но его руки жестко обхватывают меня.
— Стоять. Сегодня будет тренировка. Готова?
Слышу звук открывающегося шкафчика. Потом что-то холодное касается моей попы и я вздрагиваю. Оборачиваюсь. У Рустама в руках какой-то розовый баллончик.
— Что это? — испуганно спрашиваю я.
— Лубрикант, — спокойно отвечает он.
Нажимает на что-то и я чувствую, как мне на попу что-то плюхается. Что-то холодное. Комната наполняется химическим клубничным ароматом.
— Клубничный, — усмехается Рустам. — Все, как вы, девочки, любите.
Но у меня не получается. Тогда он еще выливает на меня смазку. Размазывает ее. Крутит пальцем после тугого колечка и пытается протиснуть туда палец.
— Не надо, — хнычу я.
— А как ты хотела? — не перестает тыкать пальцем Рустам. — Отработка, девочка. По полной программе. Что ж ты тугая какая. Расслабься, говорю.
Но все уговоры, угрозы не действуют — я так и не впускаю его туда. Обозленный он шлепает меня по попе:
Когда я выхожу из душа, его уже нет. Я ложусь в кровать и укрываюсь.
