Я не ваша, господин следователь

Другое дело — это проблема с усадьбой. Её мне нужно будет как-то продать, чтобы купить дом в другом крае земли. Пусть не такой большой и именитый, но зато я буду вдали ото всех и смогу спокойно жить дальше. Всё, хватит с меня этих передряг!

Я снова склонилась над документами на дом, и снова перед глазами Рэн Сармант с его дурацким предложением. С какой стати он так решил, зачем? Мне не нужна такая помощь с его стороны.

… Выйти за него замуж.

Я фыркнула и принялась писать дальше. Нужно сосредоточиться на важном. До конца недели я должна решить вопрос с усадьбой и уехать.

И постараться, чтобы об этом моём решении никто не узнал. Я тоже на многое способна, уж это у меня точно получится, с Камраном я многому научилась, прятать свои эмоции, желания, свои действия, чтобы лишний раз не злить его и не раздражать. И никакой господин следователь не сможет меня найти. Даже такой проницательный и вездесущий, как Рэн Сармант.

Закончив с бумагами, я сложила их аккуратно в папку. Нужно было сделать это раньше. Покинуть Ветенбер, как только прошли похороны господина Лонрэйта. А я притаилась, думая, что смогу жить по-другому в старом окружении.

Но так не получится. Нужно начинать всё заново, и для этого мне не нужны никакие следователи с их привлекательными улыбками и ямочками на щеках!

Мои щёки запылали, когда я вдруг представила, что целую их. Взбредет же в голову!

Сложила папку в стол и задержалась.

Но как же это сладко и приятно!

Тряхнула головой и захлопнула ящик. Не нужно даже позволять ни единой мысли о нём. Это опасно, опасно для меня и моего сердца, которое начинает шалить и просить что-то такое, от чего у меня пылает тело.

Следующие три дня пронеслись вихрем.

Мне всё-таки удалось решить свои вопросы. Нашёлся покупатель на усадьбу и внёс задаток. Самая главная сложность была в том, что всё приходилось делать втайне и через Пэкк… Поистине она смелая девушка, до этого я недооценивала её, но она делала всё, что я говорила, встречаясь с моей подругой Мэйси, именно та всё и проворачивала — нашла покупателей и заключала договоры.

Иногда я останавливалась и начинала сомневаться: что я делаю? Не пожалею ли потом? Но внутри была твёрдая уверенность в правильности моего поступка, и моя ошибка, что не сделала этого раньше, как только посыпались угрозы со стороны.

Удивительно, что за эти дни меня никто не беспокоил, не тревожил, и, признаться, это настораживало. Казалось, что за мной следят и раскрывают все мои планы. Но это только мои страхи.

Я старалась не думать ни об отце, который, как ни странно, не явился ко мне с претензиями и обвинениями, что я помешала помолвке Иллин с Сармантом.

Стоило подумать о нём, как в солнечном сплетении всё замирало.

Он причина всего: всех моих тревог и сложностей.