Гвардеец

Наверное, для начальства было бы лучше, если бы он донесение надиктовал – они хотя бы смогли проанализировать его состояние по голосу, – но он побоялся… кто знает, тут, может, сплошная прослушка… В комплекте номер два нет аппаратуры обнаружения жучков, для этого существует комплект номер один.

Сочинив донесение, он запрограммировал сливалку, положил ее в карман и отправился на Солнечный проспект. Ему опять показалось, что за ним есть хвост, но тут уж ничего нельзя было поделать. Будем надеяться, пронесет.

На Солнечном пришлось потоптаться около часа, прогуливаясь туда-сюда, когда он, наконец, заметил грузовик со знакомым номером.

Голосовать не стал, но Чинганчгук остановил машину:

– Здорово, Остромир! Меня ждешь?

– Ну так залезай, поговорим.

– Нет, Матвей Степаныч, я еще похожу тут, подожду вас, поговорим, когда в лес поедете.

Через двадцать минут грузовик остановился возле Осетра снова. Дематериализовалась стенка-дверца, Осетр забрался в кабину.

– Не отвезете меня туда, где мы встретились с вами в первый раз. На дороге… Чуть подальше, я скажу.

Чинганчгук посмотрел на него внимательно и с какой-то скрытой жалостью.

– Отчего же и не отвезти? Отвезу.

– А на обратном пути подберете.

«Зубр» тронулся, промчался по проспекту и вскоре вырвался за город.

Чинганчгук время от времени искоса посматривал на пассажира, потом закурил неизменную сигарету и спросил:

– Ты где пропадал-то?

Осетр принялся врать, что ему устроили экскурсию по плантациям, где заготавливается храпповый сок. Пока он рассказывал, Чинганчгук несколько раз посмотрел в зеркала заднего вида, а потом сказал:

– Ты знаешь, что за нами хвост?

– Да, автобус идет следом.

Именно сейчас, когда ты сел ко мне… На таком Каблук ездит со своими бандитами. Не за тобой ли катят?.. Обычно тут, кроме наших цистерн, никого не встретишь.

Осетру стало понятно, что его план под угрозой. Надо было срочно менять ситуацию. И он ее поменял.

– Тогда у меня к вам большая просьба… – Он достал сливалку и быстро перепрограммировал ее, протянул водителю. – Выбросите вот эту штуковину на тридцатом километре, хоть на правую обочину, хоть на левую. Как удобнее, только прямо на ходу, не останавливаясь, незаметно.

Чинганчгук взял сливалку, положил в нагрудный карман робы и понимающе кивнул:

– Знаю, что это такое… Сделаем, не волнуйся.

– А сейчас высадите меня. Если это хвост, попробуем его отвлечь, превратим в Буриданова осла.

– Может все-таки попробуем оторваться, и я тебя высажу там, на тридцатом километре?

– Нет, бессмысленно. Поймите, речь идет вовсе не о моей безопасности. Тут дело государственной важности.

– Понимаю, – сказал Чинганчгук и остановил машину.