Формула преступления

Но ведь любви-то и в помине не было. Что заставило молодую барышню пойти на такой сумасшедший поступок? В этом вопросе логика немного пасовала. Но пока было не до нее.

Гостя встретила безутешная теща в модном платье, сверкающем атласом и с глубоким вырезом. Прошедшие сутки не оставили на ее лице и тени пережитого. Евгения Павловна (Родион проверил имя по шпаргалке) хорошела свежестью и казалась моложе своих лет, вот разве что шея немного выдавала возраст. Пахло от прекрасной тещи чем-то одуряюще-нежным, от чего несчастное сердечко юного мужчины, а не только чиновника, слегка вздрогнуло.

И вот так всегда с красавицами: трудно думать о деле, когда такая женщина смотрит на тебя очаровательными глазками. Так, опять отвлеклись…

Полноватый юнец в пиджаке с оторванной пуговицей был окинут быстрым взглядом, милая улыбка стала ему вердиктом.

— Полиция? Зачем к нам пожаловала полиция? — спросила Евгения Павловна и протянула ручку для поцелуя.

Застенчиво краснея, Родион уткнулся кончиком носа в ароматные пальчики, еще больше засмущался и отпрянул назад. Задыхаясь от застенчивости, назвался длинно и полно.

Та же ручка указала на кресло, обитое шелком в мелкий цветочек. Родион сел на краешек, а госпожа Столетова опустилась в другое кресло, спиной к окну.

— Что же вас привело, господин коллежский секретарь? — спросила она, наслаждаясь конфузом мальчика.

Ванзаров изложил басню о проверке и спросил, что теща думает о смерти зятя.

— О, это невосполнимая утрата, — ответила Евгения Павловна. — Бедный Ульян. Такая скоропостижная смерть. Не успел насладиться семейным счастьем.

— Быть может, ему помогли.

На хорошеньком личике отразилось удивление:

— Помогли? О чем вы, господин Ванзаров?

— Вальсинова могли убить.

— Но это смешно! Кому нужно убивать совершенно невинного человека?

— Мне бы хотелось это знать.

— Послушайте, но ведь прибывший доктор ясно сказал, что случился удар.

— Врачи иногда ошибаются. Предположим, что Ульяна Семеновича убили. Кто мог желать ему смерти?

Госпожа Столетова даже руками всплеснула:

— И думать не могу. Это невозможно!

— Например, ваш муж мог затаить на него какую-то тайную обиду.

Тут уж Евгения Павловна не удержалась от искристого смеха:

— Мишенька? Это очаровательно! Он сам врач в некотором роде.

Как вам такое могло прийти в голову, молодой человек? Вы, наверно, недавно в полиции, еще не набрались опыта.

Родион не стал раскрывать свои карты, колкость пропустил мимо ушей, и так малиново-красных, но вот про странный выбор жениха для обожаемой дочери спросил.

Евгения Павловна задержалась с ответом, словно шагнула на почву несколько зыбкую.

— Может показаться странным, но это ради счастья Маши, — наконец ответила она.