Если ты осмелишься

Он узнает, зачем я на самом деле пригласил ее сюда, и у нее за спиной появится еще большая мишень.

— Конечно, она этого не сделала. Я сказал ей прийти сюда, но смысл в том, чтобы держать ее в сознании, чтобы она знала, что происходит.

— Тогда трахни ее, когда она проснется. — Он отхлебывает из своего стакана, как будто накачать девушку наркотиками — это пустяк.

— В понедельник я сообщу об этом тренеру.

Улыбка сползает с лица Трея, и он поднимается, как будто у него есть шанс запугать меня.

— Да? Что ты собираешься ему сказать? Я подсыпал девушке в напиток? Где твои доказательства?

— В моих гребаных руках.

Его взгляд опускается на обмякшее тело Вайолет, с демоническим голодом обводя линии ее лица.

— Любой мог подсунуть ей что-нибудь. — Проходя мимо, он хлопает меня по плечу. — Увидимся на тренировке.

Я хотел бы, чтобы он ошибался, но это не так. Я не могу доказать, что именно он подсыпал ей в напиток. Даже если я скажу Тренеру, что он признался в этом, это ни хрена не будет значить, если Трей назовет меня лжецом, а у меня нет доказательств обратного.

— О, а Уэс? — Его широкая улыбка вернулась. — Дай мне знать, насколько тугая у нее киска.

Я не могу дождаться, когда смогу размять ее.

Кто-то спит в постели моей соседки по комнате, но это не Аниса.

Уэс лежит без сознания поверх одеяла, глаза закрыты, грудь плавно вздымается. Я впервые вижу его умиротворенным с тех пор, как умерла Хлоя. Он в той же одежде, в которой был вчера вечером на вечеринке.

У меня кружится голова, в виске пульсирует. Что, черт возьми, произошло прошлой ночью? Все, что я помню, это как мы с Уэсом поднимались наверх на вечеринку «Бета Тета Пи» и его губы на мне. Потом ничего.

Если Уэс все еще здесь, что бы ни случилось, это не может быть хорошо.

Я не могу вспомнить, чтобы вчера вечером выпила больше одного бокала, но, может быть, я выпила так много, что просто забыла, сколько было на самом деле.

Или, может быть, Трей положил что-то в стакан, который протянул мне.

Уэс пригласил меня на вечеринку «Бета Тета Пи», чтобы перепихнуться, а не износиловать меня. Должно быть, это полностью заслуга Трея.

Но нет, он не стал бы делать что-то настолько отвратительное, как давать указания своему товарищу по команде накачивать меня наркотиками.

И все же мне нужно точно знать, что произошло со мной прошлой ночью.

Я вскакиваю с кровати и трясу его за плечо. Его глаза распахиваются, на секунду он сбит с толку, прежде чем слабая улыбка появляется на его губах.

— Доброе утро, красавица.

От этого комплимента у меня переворачивается в животе.

— Что случилось прошлой ночью, Уэс?

Он садится, потирая затылок.

— Трей подсыпал наркотик тебе в напиток.

Я смаргиваю слезы, даже когда мои руки сжимаются в кулаки. Трей — худший человек, которого я когда-либо встречала.