4
0Лен, а ты волосы в порядок приведи. С распущенными у нас на смене не ходят.
Уборщица с официанткой сбегают от меня, как перепуганные карасики от щуки, страдающей ПМС, и тогда я украдкой смотрюсь в зеркало. Трогаю чуть заметную складку на рубашке, которую пыталась отутюжить всё утро, втягиваю губы в рот, тщательнее распределяя помаду. Через полчаса Карим проводит своё первое собрание в качестве нового владельца.
Два дня я взвешивала все за и против работы на него и наконец приняла решение попробовать. Всё-таки нанимал меня не Карим, а Глеб Андреевич, и именно он доверил мне управление и развитие «Родена». Некрасиво будет сбегать из-за того, что моя личная жизнь когда-то дала трещину. Я профессионал, так-то.
— Приехал! — заговорщицки шипит Полина, выныривая из зала. — Ты как, готова?
Оценивающе пробежавшись по мне взглядом, она хмыкает:
— Могла бы глаза поярче накрасить и каблуки повыше надеть. — И смилостивившись, добавляет: — Выглядишь отлично.
Я по привычке фыркаю, мол, больно надо, хотя писклявый голосок внутри жалобно ноет: «Ну правда, а что тебе стоило надеть другие туфли?» Десятисантиметровых шпилек в моём гардеробе полно, к слову. Остались со времён студенческих тусовок.
Сквозь начищенное оконное стекло я вижу, как дверь чёрного седана распахивается и оттуда выходит Карим. Меня вмиг посещает забытое ощущение — будто заиграла любимая мелодия и чьи-то умелые руки стали ласково разминать мне плечи, заставляя впасть в восторженный транс. Ровно то же самое я испытывала раньше при каждой нашей встрече: застывала с идиотской улыбкой в ожидании, когда Карим подойдёт ко мне и, улыбнувшись до выразительных лучиков на висках, проговорит тепло и тягуче: «Здравствуй, моя Вася».
Ну вот что я за дура такая, а-а? Бесит.
— Так, руководство здесь, — громко объявляю я, оглядывая персонал, рассевшийся за столами. Штат в двадцать восемь человек не получилось бы разместить в кабинете, поэтому собрание решено было провести в зале для посетителей перед началом смены.
— Нового владельца зовут Исхаков Карим Талгатович, если кто-то забыл.
На этих словах входная дверь распахивается и на пороге появляется Карим.
«Здрасьте», — нестройным эхом шелестит по стенам. Сама же я, поймав его взгляд, с достоинством киваю в знак приветствия. Вот как ему это удаётся, а? Ни малейшего залома на рубашке. Я за всё утро ни разу не присела, а уже насчитала на юбке три помятости.
— Доброе утро! — здоровается он, проходя мимо столов к центру зала.
— Хэерле иртэ! — услужливо вылетает у шеф-повара.
Все как по команде поворачивают голову на незнакомую фразу, в то время как я закатываю глаза. Ох уж Марат. Жополиз и предатель.
Карим выкладывает телефон на стол и разворачивается.
