5
0И глаза у него в этот момент красные-красные — настолько он боится меня потерять. Жаль, что в жизни такого не случится. Это скорее я буду уходить из «Родена», раскрашенная в палитру скорби и отчаяния, тогда как Карим останется стоять смуглым и невозмутимым. Ну вот как после этого он может не бесить?
— Ты теперь большой босс, да? — с улыбкой говорит Эльсина. — Вся такая строгая и серьёзная. Изменилась очень.
— Скажи об этом своему брату, который относится ко мне как к взбалмошной малолетке, — ворчу я.
— Карим? Ой, он тебя постоянно хвалит. Ну насколько он вообще способен хвалить.
Судя по странной вибрации в животе и груди, одна из самых раскормленных божьих коровок внутри меня неожиданно начала танцевать зажигательную самбу. Карим меня хвалил? Ой, а можно вот с этого места поподробнее?
— А по-моему, он всегда мной недоволен… — тяну я, отчаянно желая, чтобы Эльсина в подробностях опровергла это утверждение.
— Да не. Он маме с папой как-то за столом говорил, что ты управляющей в «Родене» работаешь и у тебя во всём порядок.
Ну что я за ветреная баба? Только что в красках представляла своё триумфальное увольнение, а теперь от гордости раздулась как мозоль на пятке. И Карима больше не хочется видеть заплаканным.
— Давай о работе в другое время поболтаем, — окрылённая неожиданной похвалой тараторю я. — Расскажи лучше, как ты поживаешь? Такая красотка — вообще. И губы, кажется, сделала?
— Сделала немного, ага. — Эльсина быстро касается пальцами уголка рта, будто хочет проверить, всё ли на месте. — У меня же свои тонюсенькие были. Дела ничего вроде. Я теперь директор салона оптики. Приходи за очками, кстати, — для тебя будет максимальный дисконт. У нас и солнцезащитные, и медицинские оправы из последних коллекций. Так, что ещё… А! Я с парнем встречаюсь.
— Ну-ка, ну-ка! Расскажи.
Эльсина начинает смущённо улыбаться, даже розовеет чуточку.
— Зовут Саша. Мы в Лондоне познакомились. Он сам из Вильнюса, в Англии занимался недвижимостью. Вот скоро на две недели приедет сюда ко мне.
— Так здорово! — совершенно искренне восклицаю я, памятуя о том, что отношения у Эльсины долго ни с кем не складывались. Поклонников у неё всегда было хоть отбавляй, но ничего серьёзного с ними не выходило. Отчасти потому, что Эльсина, несмотря на воспитание, умудрялась быть ещё взбалмошнее, чем я. — Есть его фотки?
— Сейчас. — Эльсина снимает с экрана мобильного блокировку и начинает быстро листать галерею. — Так… Это тебе видеть не нужно… В смысле это вообще никому видеть не нужно… М-м-м… Здесь он плохо получился…
— Василина! — громко окликает меня появившийся в коридоре Толик, су-шеф, но, заметив постороннего, сразу меняет тон на подчёркнуто деловой: — Нужна твоя помощь на кухне.
— Мне нужно идти.
