Его строптивая любовь (СИ)

Это было куда сложнее, в слогах каждое сочетание букв имело своё значение, а я, признаться, давно не освежал знания, тоны и ударения в древних языках — вообще отдельная история. Написанное имя можно было произнести сотней вариаций, например, растянув одну гласную, усилив её ударением, произнеся восходящим, понижающимся или и вовсе падающим звуком.

Потребовалось больше времени на ответ, но, кажется, я справился.

— Сильный воин, учение и познание, просветление, жестокая справедливость.

— А теперь представь, что это не демоническое имя, а драконье. Как бы оно звучало?

Посмотрел на отца недовольно. Кажется, я начинаю понимать Алессаль, не зря она бесится, когда я обучаю её по папиным методикам. Иногда хочется узнать всё и сразу, а не идти к новым знаниям десятками дорог, стирая ноги и падая от усталости.

— Да–ар–ра–ка–наш, — растягивая каждый слог и меняя интонацию восстановил я последовательность слогов. И уставился на отца.

— Что? В переводе не нуждается, да? — ехидно поинтересовался отец. — Судя по твоему ошалелому виду, ты верно понял мой намёк.

— Сколько ему лет? — выдохнул я.

— Без понятия. Но, надеюсь, твои сомнения развеяны. Я бы никогда не посмел пойти против его воли. Разумеется, мы все действуем по его плану, даже Орин, пусть и не знает об этом.

Закрыл глаза, пытаясь справиться и поступившей информацией. Мозг просто отказывался принимать её и обрабатывать.

В Као–сар–Ди я почувствовала себя неожиданно умиротворённо. Коротко переговорив с Ликсом, ушла к морю и долго сидела у воды, пытаясь восстановить душевное равновесие. Меня уже не заботили судьбы мира, я просто пыталась разобраться в себе.

Чего я хочу? Кто я? Как вижу своё будущее?

Отец сказал одну очень интересную вещь, на которую я изначально практически не обратила внимание. Я могу прожить ту жизнь, что мне по душе. Захочу семью и детей — пожалуйста, только не стоит сильно откладывать, иначе потом возникнут сложности из–за силы. Захочу власти и славы — держи, доченька, сколько унесёшь, могу ещё сверху добавить. Тяжело? Ну, сама хотела, изыскивай возможности с достоинством нести бремя власти.

Но главная моя проблема в том, что я сама не знаю, чего я хочу. Точнее, чисто по–женски я хочу всего и сразу, но больше всего на свете — больше никогда не чувствовать себя бесконечно одинокой. Только как вновь начать доверять собственной семье, когда она тебе не доверяет? Я понимаю, что ещё молода и неопытна, не умею скрывать мысли, могу сболтнуть лишнее, но неужели мне нельзя обозначить хотя бы общие планы семьи, чтобы я почувствовала себя её частью?

Легла на прохладную гальку, втянула горьковатый от высокой концентрации соли воздух, пытаясь почувствовать себя на курорте, но мысли просто растворились.