Его строптивая любовь (СИ)

Его глаза гипнотизировали, не отпускали, и я, осознав неожиданный факт, с силой разорвала контакт взглядов, испытав при этом физическую боль. Захотелось зажмуриться, потереть лицо руками, разгоняя неприятные ощущения. Я даже стала хуже видеть: перед глазами плыло, краски поблекли.

Странная реакция. Неужели у него тоже есть какой–то уникальный дар? Наверняка, да. Повелителями не становятся просто умные и хитрые, по крайней мере не у сайрен точно. И Маро говорил не доверять деду, а я, выходит, уже начала действовать против собственных желаний и решений. Слушаю своего бывшего «владельца», если вспомнить рабский магический ошейник, даже Огоньку велела отступить. И тут ещё эта подозрительная власть над моей физиологией.

Дед, конечно, рассказывает интересное, но это не повод поддаваться его магии. Я ведь даже не поняла, как попала на крючок. Или едва не попала — кто знает, как работает его сила.

— Огонёк, завеса, — велела я быстро и чётко, и живая стихия отгородила опасного мужчину ревущей стеной. Стало полегче, мир вновь обрёл резкость и цвет. Повернулась к Маро, тот стоял недвижимо. — Ты просил не доверять деду, и сейчас я почувствовала его влияние. Я едва не попалась. Что это? Почему? Ведь я разорвала рабскую связь.

— Сайрены — естественные враги огненных рас, Алессаль, конечно, у них есть работающие против огненных механизмы. Их хитрость и коварство, их сумасшедшее, болезненное стремление извести сильные расы и стать во главе миров было верно оценено ещё несколько тысяч лет назад, потому их мир заблокировали, отрезали от сообщества рас. Однако то решение сыграло с нами злую шутку — мы забыли о сайренах, утратили часть информации, не следили за их художествами, в итоге получили подготовленного врага с чёткой стратегией.

— Недальновидно, — заметила я.

— Очень. Брат, думаю, пора закругляться. Наша девочка устала, слишком много потрясений для одного дня, я потом ей спокойно всё объясню, — обратился рыжик к повелителю огненных тёмных. — Забирай скрижали и пойдём.

— Стоп–стоп–стоп, — включилась я в разговор. — Но мы ведь не уничтожим мир, верно?

Не знаю, почему, но я буквально кожей почувствовала в словах Маро хорошо замаскированный намёк, что моё присутствие здесь нежелательно не просто так — он не собирался отступать от первоначального плана тёмных разрушить мир, высвободив энергию. Более того, он хотел этого! Раскосые тёмные глаза буквально горели огнём предвкушения.

— Алессаль, давай я проведу тебя в башню? — предложил Рагнар, но, увидев протест на лице, изменил пункт назначения: — Или, если хочешь, отведу тебя в твой новый мир, ты отдохнёшь, зарядишься энергией. Тебе ведь нравится кататься на моих крыльях?

А голос какой соблазнительный, медоточивый.