Его строптивая любовь (СИ)

А поскольку планируется огромный выброс энергии, мы нашли замечательное ей применение — обустроим свой новый дом. Даже тёмные смогут жить там, не опуская руки по локоть в кровь, несколько тысячелетий. Не думаешь ведь ты, что мы хотим прозябать в выжженном Эрмиде и бегать разрушать миры каждые несколько лет, чтобы не загнуться?

— Выжженном? — не поняла я.

— Мир изувечен и болен, его нужно расселять, только тогда он сможет восстановиться. Эрмид — в некотором виде неудачный эксперимент. Расы на своих–то планетах не могли спокойно ужиться, а уж все вместе в одном мире — и вовсе озлобились. Слишком много неверных решений, слишком много интриг и предательств. Мир стонет, магический заслон истончается, живые здания погибают. Академия хоть за счёт молодёжи как–то держится, а Цитадели осталось совсем немного, она на грани отчаяния. О, нас вызывают. Жаль, не синий, конечно, но мы ещё найдём себе развлечений!

Последние слова лич едва ли не прокричал от радости. Было полнейшее ощущение, что он ребёнок, которому на Новый Год Дед Мороз подарил заказанный конструктор, а к нему ещё три десятка дополнительных, и он, бедный, хочет открыть все и сразу. Но радуется до визга.

Меня схватили за руку, и через мгновение я оказалась в неожиданно знакомом месте. Нет, я не видела его во сне и не помнила, что была здесь в детстве, но твёрдо знала, где нахожусь.

— Мы тремя этажами ниже бального зала, — сообщила наставнику. — Слева — тюремные камеры, справа — пыточные.

— Без понятия, — призналась честно. И спросила у стоящей неподалёку Кру: — Где остальные?

— Наверху. Можно и мне туда? — с надеждой спросила она, делая Маэстро незаметный знак в сторону пыточных.

— Конечно. Ни в чём себе не отказывай. И напомни Ирис про поводок, его нужно уничтожить как можно раньше, — расслабленно и довольно проговорил наставник. — Пойдём, Алессаль, посмотрим, чем они смогли удержать огненного тёмного и стихийного дракона. Я буквально сгораю от любопытства.

— Может, та тонкая золотая цепь из сна, о котором я вам рассказывала, — сильный артефакт? — предположила, следуя рядом с учителем.

— Нет, здесь что–то другое. Скорее, Маро остался по доброй воле, то есть они нашли для него приманку и он не может уйти. А дракон твой не смог его бросить одного, ищет пути решения. Это самое логичное объяснение. Но, когда имеешь дело с сайренами, может случиться любой вариант.

— Почему их держат в пыточных, если хотят женить? Вы ведь так мне говорили.

— Женить — это я немного тебя вдохновил, хотя… Правда ещё хуже, Алессаль. Сайренам не нужны браки, им достаточно заполучить потомство от столь сильных магов. О, вижу, что можно было обойтись без преувеличений, измена для тебя страшнее, — хохотнул он. — Не переживай, раз сидят здесь, значит сопротивляются наши красавцы.