Его строптивая любовь (СИ)

Обернулась, посмотрела на свиту поджимающей губы Флоры.

— Мы с Нарин в библиотеку. Вчера там были трое та–а–аких красивых мужчин, — протянула заговорщическим шёпотом. Девушки нерешительно посмотрели на свою «ведущую», потому я решила их добить: — Звали в театр и ресторан к какой–то… Элизе, Эльзе… А, не важно. С таким мужчиной — хоть в подземелье к некромантам, — пошутила я.

Флора, бедная, едва не лопнула от злости, понимая, что парировать ей нечем. А выглядела комично: глаза навыкате, рот закрывается и открывается, не в состоянии выдать что–либо членораздельное.

Совершив последний залп в сторону противника, повела трясущуюся от смеха Нарин дальше. Больше мы не оглядывались. В этом не было необходимости. Через пару мгновений свита Флоры перекочевала к нам в арьергард и засеменила навстречу общительным и щедрым красавчикам.

— Крепись, — прошептала я Нарин, у которой от сдерживаемого хохота покраснело лицо. Она сильнее сжала зубы и мученически на меня посмотрела мокрыми от слёз глазами. Еще секунда — и выдержка ей изменит. Подругу нужно было спасать: — Кстати, насчёт красавчиков и вообще мужчин. У нас на Земле есть присказка: «Запомните, девочки! Молодой, красивый, умный, богатый, весёлый и не жадный — это шесть разных мужчин!», — произнесла я первое, что пришло в голову.

Эрмидские юные леди неожиданно поддержали взрывом весёлого смеха, хотя, откровенно говоря, шуточка была такая себе, даже не шуточка, а проза жизни. Зато у Нарин появился повод выплеснуть эмоции, не привлекая к себе внимания.

— Что у вас ещё говорят? — желчно спросила Флора, которая не выдержала и всё же присоединилась к нам.

— Если не кушать хлеб, мясо, сладости и не пить вино — морда становится тоньше, но грустнее, — немного переврала я фразу Фаины Раневской, потому что не помнила, как звучит оригинал. И, признаться, эта фраза пришла на ум второй; первую было невежливо произносить, поскольку Флора шла сильно позади и могла принять афоризм на свой счёт. А звучал он так: «То, что говорят за моей спиной, слышит только моя задница», и не нужно быть Зигмундом Фрейдом, чтобы разгадать, почему именно его я вспомнила в первую очередь — леди Флора здорово бесила своим поведением и, уверена на сто процентов, судачила за моей спиной.

Девчонки вновь взорвались хохотом, а потому в библиотеку зашли разрумянившиеся, довольные, с блестящими глазами. Сидящие за партами молодые мужчины с интересом принялись их рассматривать, некоторые не побоялись строгого библиотекаря и начали отпускать девчонкам комплименты, от чего те краснели ещё сильнее, смущались, но активно стреляли глазами и договаривались о встречах.

— Ты приносишь удачу, — шепнула одна из первокурсниц.