Пусть это и было грубо, но последняя наша встреча с деревенским доктором оставила не слишком приятные воспоминания. Похоже, чувство это было взаимным, потому что, оглядев меня с ног до головы, Евгений Петрович заторопился прочь — в ту сторону, откуда только что пришел.
Я пожала плечами — охота туда-сюда бегать, пусть бегает — и вместе с Дуней вошла в дверь.
Беседа с хозяином оказалась недолгой и малоинформативной. Подслеповато щурясь и именуя меня милостивой государыней, он сказал, что не может ничего предположить, пока сам не изучит драгоценности. Нет, даже приблизительно.
Аптекарь выглядел словно ожившее представление о «книжном черве» — худощавый, сутулый, в пенсне.
— Скажите, что у вас есть из противовоспалительных? — начала я после приветствия.
Мужчина вытаращился на меня так, будто у меня вторая голова выросла.
Мысленно отвесив себе оплеуху, я поправилась:
— В смысле, что у вас вообще есть?
— Не понимаю вас, милостивая государыня.
Аптекарь снял пенсне и начал его протирать. Но если он хотел таким образом отделаться от странной посетительницы, то не на ту напал.
— Я хотела бы приобрести некоторые препараты. Растительные и, возможно, химические. В смысле, минеральные.
— Пожалуйста, дайте рецепты. Если у меня чего-то нет, то закажу из столицы, но скажу не хвастаясь, что не в каждой ильинской аптеке вы найдете столько разнообразных припасов, как у меня.
— У меня нет рецепта.
Аптекарь снова водрузил на нос пенсне, снял с полки за спиной фарфоровую баночку.
— С вашего позволения, начнем с ушибов и подобных вещей. Вот пластырь, который очень быстро заживляет все раны, в том числе ожоги.
Значит, свинцовый.
— Спасибо, мне бы что-нибудь другое.
— Это по-настоящему живительный пластырь.
— И все же я воздержусь от его покупки.
Аптекарь поджал губы, но снова растянул их в улыбке, кажется, решив, что выставит счет князю не только за лекарства, но и за потраченные нервы.
— Могу предложить данелагский пластырь.
— Что в составе?
— Смола гумми и перуанский бальзам.
Это еще туда-сюда.









