Хозяйка расцветающего поместья

И как бы мне ни хотелось просто злиться на него, перебирая грехи и считая единственным во всем виноватым, я сознавала: мое вранье сыграло свою роль. Но это полбеды: простить вранье хоть и трудно, но реально. Куда сложнее принять, что в теле человека, которого считал давно знакомым и родным, на самом деле другая личность. Если задуматься — это же настоящая жуть, куда хуже страшилок про вселившихся бесов. Марья нашла выход, решив, будто душа ее любимицы слетала туда-обратно. Я не была в этом так же уверена.

— Понимаю. Но все непросто.

— Когда в любви было все просто? — вздохнула княгиня.

— Ладно, милая, не стану больше бередить тебе душу.

Мы сменили тему, но, подходя к коляске, свекровь сказала:

— И все же, когда он приедет снова… может быть, ты найдешь в себе силы не прогнать его сразу. Мой сын вспыльчив, но способен рассуждать здраво, когда остынет. — Она хихикнула. — Прямо как я в молодости.

— Мне трудно поверить в вашу вспыльчивость, — рассмеялась я.

— С годами иногда приходит мудрость. — Она лукаво улыбнулась. — Смею надеяться, я все же не из тех, к кому годы пришли, потеряв спутницу по дороге.

— Не из тех, — подтвердила я.

Рядом с ней я чувствовала себя молодой бестолковой девчонкой, которой, наверное, и была Настенька."

"— Спасибо вам за ваши слова, матушка. И еще большее — за ваше молчание.

Что ж, приедет Виктор в следующий раз — постараюсь собраться с духом и выслушать. Тем более что дела с князем Северским иметь придется. Хотя бы из-за больницы.

Иван Михайлович, заехав с визитом, рассказал, что подал в отставку, на его место в уезд приняли доктора Матвея Яковлевича.

— Молодой, но очень талантливый, — сообщил мне Иван Михайлович.

— Правда, чересчур дотошен. Вообразите, он собирается завести целое досье на каждого пациента, подробно записывая весь ход болезни!

Видимо, на моем лице отразилось неподдельное изумление. Что такого странного в историях болезни и сборе анамнеза?

— Какая трата времени и сил! Самого доктора и пациента, и без того утомленного болезнью, чтобы еще и отвечать на бесконечные расспросы. — Иван Михайлович покачал головой. — Но, надо отдать ему должное, он прекрасный диагност. Время покажет, кто из нас прав.

У меня будет возможность это увидеть: я не намерен покидать уезд. Я списался с вашим супругом, и тот подтвердил, что по-прежнему считает необходимым создать больницу для крестьян. Ваше предложение помочь тоже в силе?

— Разумеется, — кивнула я.

— Пока я буду обсуждать с князем обустройство. Едва ли в будущей больнице появятся пациенты до окончания сенокоса.

— До окончания жатвы, — поправила его я. — Раньше вы никого лечиться не загоните. Разве что кому-то окажется совсем невмоготу.