— Сотвори чудо, — рассеянно предложил Кроули, вглядываясь в кусты в поисках очередных слишком ретивых слушателей.
— Но я-то всегда буду знать, что здесь было пятно. Ты же понимаешь. В глубине души, так сказать, — пояснил ангел. Он поднял ружье и повертел его в руках.
— Я такого никогда не видел, — сказал он.
Раздался хлопок, и у статуи, возвышавшейся на постаменте, отлетело ухо.
— Давай-ка убираться отсюда, — сказал Кроули. — Он был не один.
— Очень странное ружье. Посмотри-ка, действительно забавно.
— Мне казалось, ваши не одобряют оружия, — заметил Кроули.
Он взял ружье из пухлых ладошек ангела и поглядел сквозь короткий обрубленный ствол.
— Отнюдь, — возразил Азирафель. — Сейчас считают, что оружие придает вес словесным доводам. В хороших руках, разумеется.
— Неужели? — рука Кроули поползла к спусковому крючку. — Ладно. Пошли.
Он не без сожаления бросил ружье на грудь павшего в неравном бою Томпкинса и направился к дому прямо через сырую лужайку.
Ворота «Усадьбы Тэдфилд» не были заперты, и они беспрепятственно проникли внутрь. Там, где раньше была монастырская трапезная, теперь сидело несколько полноватых молодых людей в камуфляже, заляпанном краской, и перед ними дымились кружки с какао. Некоторые им приветственно помахали.
У входа было что-то вроде гостиничной стойки. Во всем чувствовалась спокойная, деловитая, уверенная атмосфера. Азирафель уставился на доску, стоявшую на алюминиевой треноге.
Кроули тем временем разглядывал рекламные буклеты на стойке.
— Не то место? — спросил Азирафель.
— Значит, не то время?
— Именно. — Кроули полистал буклет, пытаясь найти хоть какой-нибудь ключ к разгадке.
Он зашипел сквозь зубы.
Может быть, было глупо надеяться на то, что здесь все еще обитает Болтливый Орден. В конце концов, свою миссию они выполнили. Может быть, они уехали в «черную» Америку или еще куда-нибудь, чтобы обращать христиан. Но он продолжал читать.










