1
0Им позволили сколотить на площади небольшую деревянную сцену – из остатков деревьев, убитых Сераписом. Кощунство, на которое элементали земли раньше не решились бы. Но теперь, очевидно, Линейро собирался показать новым хозяевам города, как быстро здесь принимают перемены.
Когда подготовка была закончена, он обратился к толпе. Говорил преимущественно Линейро, остальные стояли за его спиной и согласно кивали.
– Дорогие друзья! Недавно наш город постигло большое горе. Это один из тех моментов, которые в истории становятся перекрестками, потому что могут привести к чему угодно. Могут – к разрухе, могут – к пониманию чего-то нового, могут – к развитию. Я хочу, чтобы мы выбрали развитие!
Элементали слушали его, патрульные вампиры откровенно насмехались над ним, но не слишком громко, и Линейро с гордостью игнорировал их. Все это были мелочи, Алеста то и дело посматривала на Дворец, она чувствовала: если беда и придет, то только оттуда.
– Он хоть знает, что он твой брат? – спросила Керенса.
Они вместе устроились у одного окна, Родерик наблюдал за площадью через второе.
– Ты не скажешь ему?
– Я не знаю, как такое сказать.
Да и нужно ли? Не захочет ли он тогда покинуть Сивиллу и переключить свое внимание на Великие Кланы? Алеста не знала, имеет ли она право разрушать то, чего немалой ценой добилась Фьора. Поэтому пока она позволяла себе не принимать решение, она просто выжидала, что будет дальше.
– Смотрите! – насторожился Родерик. – Похоже, кое-кому речь нашего вестника прогресса показалась очень интересной!
Как и предполагала Алеста, главное зло скрывалось во Дворце. Сначала они почувствовали его, а потом и увидели – тонкую, почти женственную фигуру, появившуюся среди древних колонн. Мужчина с белыми волосами наблюдал за Линейро с непередаваемым спокойствием, и кажется, он был доволен.
– Серапис, – мгновенно определила Керенса, легко узнававшая великих чудовищ, как и все представители ее клана.
– Линейро говорил, что разрешение было подписано Аурикой…
– Знаешь, я сильно сомневаюсь, что Аурика вообще была здесь вчера или сегодня, – признал Родерик. – Просто ее имя известно всем, и они этим пользуются. Думаю, то, что происходит здесь, – скорее его план.
Лучшим доказательством его слов стали насекомые, появившиеся над площадью. Они не нападали, просто летали среди собравшихся горожан, но их становилось все больше. Алеста видела, как элементали досадливо морщились, отгоняя от себя крупных черных мух. Многие нелюди прижимали руки то к шеям, то к щекам, резко и быстро, словно надеясь убить надоедливого комара.
– Их жалят, – догадалась Алеста.
