Даниил Галицкий

А с ними еще Дмитрий, сын Богуслава. Вырос волчонок, сделал его Роман сотским. Думаешь, только Дмитрий? Есть и другие галицкие бояре, которым Роман нашу землю и леса отдал. И они за княгиню и княжичей руку тянут.

— А вы сидите, как медведи в лесу! — Владислав залился скрипучим смехом. Как ненавидел Судислав этот смех! — Сложили руки и головы склонили. Баба над вами верх взяла. Ничего, по-нашему будет! Вот и Владислав со мной приехал, приучаю его — пусть оттачивает свою злость на Мирослава да на Романовых щенков!

Владислав-младший проворно вскочил со скамьи и впился глазами в своего наставника. Судислав посматривал на младшего Владислава — толстого, коротконогого, круглолицего, со злыми глазами. Шесть лет он не видел его. Но уже и тогда это был сорвиголова, на которого постоянно жаловались Юрию. Ему было всего четырнадцать лет, а сколько смердовых дочерей уже от него наплакались — он похищал их и, обесчестив, прогонял.

— Пусть приучается, — продолжал Владислав. — Я не раз ему рассказывал, как Роман его отца повесил. Пусть запомнит, против кого идти. Есть у нас люди, которые ничего не боятся. Правда, Владислав?

— Правда, — гаркнул тот в ответ, — будем всех бить!

— Слышишь? — мелким смехом залился Владислав. — Будем всех бить! Как же вы сидели здесь?

— А ты, Владислав, хулу на нас не возводи. Я тебе тоже могу ответить. Ты далеко был, не видел, что здесь творилось, а теперь нас упрекаешь. Да мы здесь свою злость по капельке собирали. — Судислав стал смелее, дергал себя за усы и ерошил бороду: нужно показать этому нахалу, пусть и Судислава уважает. — Теперь все стали умными, когда умер князь Роман. А раньше чего ты боялся? Чтобы Роман шкуру с тебя не спустил? Ты удрал? А я здесь остался.

И умолк. Разве нужно было говорить о том, как ползал перед Романом, как прикидывался верным ему человеком?

Владислав примирительно замахал руками.

— Да ты храбрым стал, Судислав! А я и не знал. Помолчи, помолчи! Храбрость показывать нужно не здесь. Зачем нам, как собакам, грызться? Лучше об ином давай подумаем: что дальше делать? Так ли ты храбро и с Мирославом разговариваешь? — уколол гость хозяина. — Ну, чего ты? Наливай еще меду!

Выпив еще один корец хмельного меда, Владислав совсем разморился. Подошел к печи, но тут же вернулся к столу.

— Я не захмелел, не думай, Судислав, что меня споить можно, — подмигнул он хозяину. — У меня еще дела есть. Пойди скажи, пускай Теодосия позовут… Владислава отведите спать. И ты ложись отдыхать, иди к своей Елене.

В последних словах чувствовалась зависть, но не это покоробило Судислава. Он был обижен поведением Владислава.