Измена. Я больше не буду тряпкой (СИ)

Мне было больно смотреть, как родители моих подруг помогают своим детям. У меня же в семье все наоборот. Мне и помощь-то не нужна, я сама справлялась. Но только немного больше времени.

В душе зрел протест, но какая-то неведомая сила, заставляла и дальше работать на семью не жалея себя. Слишком глубоко в голову проросли детские установки, и я не могла от них избавиться.

Сергей вел себя вежливо и отстраненно, я выдохнула. Наконец-то понял! Его назойливое внимание вечно добавляло проблем.

Когда парень пригласил меня на свой день рождения, я пыталась отказаться.

— Маш, мы ведь друзья.

Я организовываю грандиозный праздник, снял целый клуб, хочу видеть всех! Не откажи! Да и тебе не помешает развеяться! — говорил с милой улыбкой.

Идти не хотелось жутко. И я долго отказывалась. О том чтобы повеселиться я не думала. В то время мне хотелось только выспаться. Но тут подключились еще и подруги, приехала Людмила.

Именно сестра стала тем последним рычагом, заставившим меня изменить решение.

Сергей пригласил и ее, но Людмила боялась идти без меня. А я не могла отпустить сестру одну. Мало ли кто к ней может приставать! А она так хотела пойти.

У себя в городе Людмила тоже очень много работала и нигде практически не бывала. А тут вырвалась. Не могла я ей отказать.

Перед праздником сестра потащила меня по магазинам.

— Не переживай, Маш, все за мой счет. Я ж знаю, куда у тебя деньги уходят, — скривилась.

— А у тебя откуда деньги?

— Тю, так я ж сама на себя работаю. Комнатку оплачиваю маленькую, еды мне много не надо, а остальное откладываю, — обняла меня, поцеловала в щеку.

— И не жалко вот так спускать? — спросила, глядя как Людмила сосредоточенно рассматривает вещи в магазине.

— Раз живем, чего жалеть! — пожала плечами. — Погнали, тебе платье выбирать!

— Нет, родная, не надо! У меня есть в чем идти! — стала сопротивляться.

— В твоих обносках! Не смеши меня! — сестра нахмурилась. — Ты у меня должна быть самой красивой!

— Мне неудобно! Ты столько работала и теперь тратишь на меня! — я продолжала сопротивляться.

— А ты сколько пашешь! И ничего себе. Все им! Ты моя семья, дай хоть я тебя побалую! — говорила, заталкивая меня в примерочную и ворохом платьев.

И дремавшая во мне девушка в этот момент просыпалась.

Надевая красивые вещи, даже чувствовала себя иначе."

"Людмила выбрала для меня изумрудное платье, с довольно глубоким вырезом, приталенное и расклешенное к низу. Оно удивительным образом сочеталось с моими глазами, заставляло их искриться по-иному.

Наверное, именно в тот момент я впервые по-настоящему посмотрела на себя в зеркало. До этого как-то не задумывалась о внешности.

— Еще туфельки подберем, украшения, и будешь красоткой! — всплескивала руками сестра.