3
0Я, вспомнив, зачем сюда забралась, извернулась и приникла к нему, крепко прижавшись грудью.
– Понятно, – усмехнулся он. – Ну что я могу сказать, за настойчивость и изобретательность в подкарауливании меня ставлю отлично.
– Тогда я могу рассчитывать на награду?.. – выдохнула я как можно игривей и соблазнительней.
Тошнота, к счастью, уже прошла, а то…
– Вполне. Прямо здесь и сейчас…
По мысленной команде Кширилша сиденья разложились плотно друг к другу, превратившись в узкое одноместное ложе, но оно нам не понадобилось… Мы стали медленно кувыркаться в ставшей относительно просторной кабине.
– Как-то непривычно… – сказала я.
– Вот и попробуем, проявим изобретательность еще и в этом в условиях невесомости. Авось понравится?!
Тифлинги справились с постройкой-восстановлением храма меньше чем за неделю. Да, собственно, там и строить-то было всего ничего. Это не главный собор в Гаремнике, который спроектирован размером с храм Христа Спасителя в Москве и у которого только-только начали возводить стены.
Тифлингам требовалось лишь очистить камни от многотысячелетних отложений, отбить старый скрепляющий раствор и поставить их на свое законное место.
Чтобы дело пошло еще быстрее и не пострадало качество, переправили в Адд – как назвала новый городок демонесса – бригаду гномов-строителей.
Дальше провели освящение. Хайллейса как жрица в момент всеобщей молитвы призвала меня, и я, откликнувшись на зов, воплотился в статуе и всех благословил.
При таковом воплощении, в отличие от банального портального перехода, основная моя сущность осталась почивать в замке, в статую ушла лишь часть меня, примерно треть. При этом я испытал странное ощущение раздвоения, ведь я действительно находился в двух местах одновременно и видел сразу две картинки. С непривычки было тяжело, в обеих ипостасях действовал несколько заторможенно, так что задерживаться в храме не стал, сказал необходимые слова, благословил и восстановил свою целостность.
– Когда станешь могущественнее и научишься распределять свое сознание на несколько потоков, это не будет тебя так сильно напрягать, – обнадежила меня Арсилена.
Я кивнул, соглашаясь, что это реально. Ведь говорят же, что Цезарь мог думать сразу о нескольких вещах одновременно. Если уж человеку подвластно распределение сознания, то богу подавно! Все дело лишь в развитии своего мозга.
