Больная родина

Победила дружба — оба, бултыхая конечностями, полетели в воду.

Довольные собутыльники, весело матерясь, вылезали из бассейна, выбивали воду из ушей. Петренко завернулся в полотенце, заковылял к столу, где еще не оскудела рука дающая.

— Господа, а не выпить ли нам чего-нибудь? — внес рациональное предложение Воренко.

— А что с Ингой? — вдруг спросила Влада.

Отдыхающие начальники и их спутницы стояли на краю бассейна и озадаченно смотрели на щупленькое тело в оранжевых стрингах. Девушка лежала на дне бассейна, лицом вниз, широко разведя конечности. Она не шевелилась. Только волосы совершали плавные движения под струями из форсунок.

Молчание затянулось. В воздухе запахло чем-то очень неприличным.

— А чего это она? — растерянно спросила черненькая Дора и обняла себя за плечи.

— Прикалывается, — неуверенно сказал Воренко и заморгал.

Хмель выветривался из его головы. Тяжело отдуваясь, подошел Петренко, насупился.

— Что-то долго она прикалывается, — пробормотала Алиса.

— Господи, Инга! — вдруг воскликнула Галка, прыгнула в бассейн, поплыла широкими гребками, нырнула.

За ней последовали Влада с Алисой. Мужчины стояли на краю и тупо смотрели, как они вытаскивали из воды бездыханное тело. Воренко спохватился, выволок девушку на кафельный пол. Глаза ее были открыты, хорошенькое лицо искривила судорога.

Алиса села рядом, принялась массировать грудную клетку, делала дыхание изо рта в рот. Бесполезно, девушка не приходила в себя. Петренко слишком резко толкнул ее, она наглоталась воды и захлебнулась. Если бы вовремя заметили, то успели бы спасти. Но всем было слишком хорошо.

— Да уж, Игнат Семенович, вы сегодня в ударе, ничего не скажешь, — странно глядя на градоначальника, проговорил Воренко. — Вот скажите, какого хрена вы ее так швырнули?

Петренко вспыхнул, заскрежетал зубами, отвернулся. Девушка мертва, это видно невооруженным глазом. Люди застыли в оцепенении, жадно разглядывая лицо покойницы. Игнат Семенович добрался до стола, налил полную рюмку горилки, выпил, снова налил и покосился через плечо. Может, обойдется?

— Нужно «Скорую» вызывать! — крикнула Дора. — Где телефон?! — Она куда-то бросилась, но Гладышев схватил ее за руку.

Заголосили остальные девицы. Мол, что же вы наделали?

— Молчать! — взревел Воренко, и наступила оглушающая тишина.

Икнул прокурор. Натянуто усмехнулся Гладышев. Начальник ОВД яростно кусал губы. Ему опять придется выносить фекалии после шефа?

— Упс, называется, господа. Вечер перестает быть томным… Или ничего? Опасная профессия у вас, девчата. — Эти слова милиционера прозвучали как-то кощунственно.

— Как же так?.. — Дора задрожала и заплакала. — Зачем вы это сделали, Игнат Семенович? У нее же братику четыре года, мама парализована. Как они теперь будут?..