11
0– Но прости, я не могу тебя припомнить в лицо.
– Да, ваше преосвященство, – кивнул Маркус. – Вы несколько раз служили в Версале, когда епископ Гаиус… болел…
– Прискорбная тяга Гаиуса к вину мне хорошо известна, – без улыбки сказал Жерар. – Ты жил в парковом крыле замка, Маркус?
– Нет, ваше преосвященство. В малом замке за аллеей фонтанов."
"Маркус помолчал и очень серьезно сказал:
– Вы не сомневайтесь, я тот самый. Спрашивайте еще, ваше преосвященство, я отвечу.
Жерар крякнул и принужденно улыбнулся. Пробормотал:
– Мальчик, каждый день в Державе ловят двух-трех Маркусов… бездомные бродяжки твоих лет взяли в привычку называться этим именем, чтобы до выяснения дел получать хорошее питание и уважительное отношение. Поймают кого за воровство – так он сразу вопит, что беглый принц… хоть на денек, да отсрочить плети… Маркус, скажи мне, почему ты направляешься в Иудею?
Мгновение он колебался.
– Я вижу сны, ваше преосвященство.
– И что тебе снится, Маркус?
Мальчишка посмотрел на Хелен, на Луизу, на Арнольда. Будто советовался. Потом ответил:
– Многое… но иногда – что я иду по пустыне.
– А почему это должна быть Иудея?
– Потому что я знаю это.
Жерар сложил руки святым столбом, неслышно зашептал что-то одними губами. Протянул руку, коснулся ладони Маркуса:
– Ты понимаешь, почему мы все здесь? Почему идем вместе с тобой?
– Да. Вы думаете, что я новый Искупитель, – твердо ответил Маркус.
– А что ты сам скажешь?
И вот тут внезапно Маркус замялся.
– Что ты думаешь об этом, мальчик? – ласково спросил Жерар. – В твои руки попала святая, бесценная книга. Рыцари столбовых походов отдавали жизнь в поисках ее… не зная, что она так близко. Мудрецы гадали о том, есть ли она вообще. Ты – ее нашел. Прочитал. И овладел Словом, Изначальным Словом, дающим власть ко всем сокровищам мира. Это уже чудо, Маркус! Но Искупитель ли ты, Маркус? Кем ты себя считаешь?
Маркус что-то шепнул одними губами.
– Скажи громче, – попросил Жерар.
– Я не знаю.
– Ты слышал про Искусителя?
Маркус кивнул.
– Мы не можем строить догадок, – тихо сказал Жерар. – Но и ошибиться мы не вправе. Маркус… кто бы ты ни был… скажи, что ты думаешь сам?
Ох беда-беда… Ну что нам его ответ даст? Если он Искупитель – об этом и скажет, потому что каждое его слово – правда. А если Искуситель – то соврет, потому что суть Искусителя – ложь…
Маркус поднял голову. И сказал на сей раз громко и отчетливо:
– Мне снятся сны, ваше святейшество. Мне снится ад. Ледяная пустыня без конца и края, бурый лед под ногами и пустое небо. Там очень холодно, и там стоит деревянный столб. К нему привязан человек. Это Искупитель. У него на волосах и бровях – иней. Но когда я подхожу к нему, он поднимает голову, будто хочет что-то сказать. Хочет, но не может… будто ему запрещено.
