11
0
А стены из людей – они покрепче будут. И строятся не в пример быстрее.
– Говори, Хелен. Ты, видно, что-то придумала, не зря меня искала.
Мы снова сдвинули бокалы.
– Ильмар, ты с Маркусом больше суток был. Может, мальчишка хоть словечком, хоть намеком обмолвился, где прятаться собирается? Если мы его сами возьмем, то будет шанс выйти сухими из воды.
Я вдохнул полной грудью. Прости, Сестра! Нехорошо товарищей выдавать, только если из-за Марка и мы безвинно страдаем, и вся страна готова в пучину войны упасть, то нет у меня иного выхода. Лучше приму грех на душу, там все равно черным-черно…
– Хелен, он ничего не говорил. Это я, дурак, обещал о нем позаботиться, в подмастерья пристроить… Но по пути в Лион я заночевал в доме одного старика. Он оказался бывшим придворным лекарем, бароном Жаном Багдадским…
– Высокий, худой, волосы с проседью, но еще черные, говорит так, будто вечно не в духе?
– Да. Только он совсем седой."
"– Знаю его. Видела как-то в Доме… года три назад. Над ним вечно хихикали… его служба была – любовниц высокородных лечить, аборты делать, роды принимать, дефекты лица исправлять… Еще шутка такая ходила – нельзя Жану геморрой доверять, забудется, да и сделает из задницы второе лицо…
Я помолчал, переваривая информацию. Бедный лекарь.
– Его выкинули из Дома с маленьким содержанием и несуществующим титулом, – сказал я. – Как понимаешь, старик не слишком горит признательностью.
Хелен кивнула.
– Он узнал меня. Не знаю, как насчет задницы, а вот лица и впрямь читать умеет. Смог меня опознать по этим мерзким газетным картинкам. И дал совет, где искать Маркуса.
– Ну? Ты убил лекаря?
Два вопроса последовали без перерыва. Я покачал головой, решив начать со второго:
– Нет. Мне кажется, что старик не выдаст.
– В таких делах нельзя рисковать, – свирепо сказала Хелен. – Ладно, допустим. Где Маркус?
– Мы идем вместе, Ночная Ведьма? – спросил я, помолчав.
– Да! Конечно!
– Клянись. Сестрой, Искупителем, Господом нашим, Домом, честью дворянской! Небом, что твои крылья держит!
– Всем сразу?
– Можно по очереди, – не принял я иронии. – Хелен, я рискую. Пойми.
Она вздохнула и будто чуть-чуть обмякла.
– Хорошо, Ильмар-вор, граф Печальных Островов. Я принесу клятву – от чистого сердца, не тая обмана. Клянусь Господом нашим, сыном его приемным, грехи людские искупившим, Сестрой его, что Богу дочерью стала, своей честью, что в крови и титуле…
Я выслушал всю клятву до конца, готовый поправить Хелен, если та допустит слишком вольную формулировку.
Но все было сказано правильно.
– Хорошо, Хелен. Я тебе верю.
Протянув руку, я коснулся ее лица:
– Клянусь и я, Хелен, пусть ты этого не требовала. Клянусь Господом нашим…
Странно, наверное, выглядели мы со стороны.
