Безумная одержимость (ЛП)

Сальваторе Абелли бросил на меня неодобрительный взгляд, прежде чем уйти вместе с остальными членами семьи. Что ж, по крайней мере, не было кровопролития. Эта тема, казалось, постоянно повторялась на вечеринках у Абелли.

Нико направился к двери.

— Пока, Туз! — крикнула я. — Так рада, что мы наконец-то смогли провести мирную, спокойную ночь с Абелли, не так ли?

Выражение его лица говорило о том, что моя шутка его не впечатлила.

Попрощавшись с последним из гостей, я закрыла дверь, прислонилась к ней и оглядела беспорядок из стаканов и тарелок, оставленных позади.

Это будет десять молитв Аве Мария на моей следующей исповеди.

Я вздохнула, но прежде чем смогла выпустить все это наружу, мое тело напряглось. Я думала, что Кристиан ушел раньше, сбежав с вечеринки, как только началась драма, которую он устроил. Хотя, приближаясь к низкому тембру его голоса, я понимала, что ошиблась. Мой пульс то падал, то поднимался, будто я выпила слишком много Текилы.

Он стоял, прислонившись к стеклянным перилам террасы, и разговаривал по телефону. Каждое слово было грубым, тихим и непонятным, словно он говорил на иностранном языке.

Когда он поднял голову и заметил мое присутствие, в его глазах промелькнул огонек, и вдруг он заговорил на чистом и лаконичном английском.

Он закончил разговор, и мы молча уставились друг на друга. Выражение наших лиц было апатичным, но электричество играло в воздухе, мешая с лёгкостью дышать.

— Полагаю, я должен сказать, что вечеринка удалась, — протянул он.

— Ах, значит, Туз теряет хладнокровие, и я беру вину на себя?

Я отрицательно покачала головой.

— Ты прекрасно знал, что делаешь.

— Мой вопрос в том, зачем? Я думала, вы с Тузом пили кофе, делились секретами и вместе ходили по магазинам?

— За что? Подожди, только не говори — что он увёл одну из твоих девушек.

Малейший мускул напрягся на его челюсти, и я запнулась.

Он оттолкнулся от перил и повел плечами.

Во рту появился неприятный привкус. Должно быть, от того пирожного, которое я запила выпивкой.

— Ну, как бы то ни было, я бы поставила на тебя свои деньги, — сказала я ему.

Его глаза поймали меня там, где я стояла. Я облизнула губы.

— Ну, во-первых, ты слишком хорошенький для своего же блага. И во-вторых, ты хорошо скрываешь свою темную сторону — Туз даже не пытается.

Он медленно кивнул, будто это имело смысл.

— Однако, если тебе нужна пара советов, ты, вероятно, мог бы иногда работать над тем, чтобы быть менее мудаком. Хотя я начинаю думать, что это только для моей пользы.

Моя запутанная жизнь, должно быть, ужасно раздражает его.

— Буду иметь это в виду.

Он сунул руки в карманы и шагнул ко мне. Его глаза сузились, голос был грубым и требовательным.

— Почему ты закрыла за мной дверь до этого?

Мой пульс дрогнул, и я сделала шаг назад.