— Было дело, — улыбнулась, глядя на переставшего жевать Долли, который напихал пирогов за щеки и сидел, как надутый хомяк, с литровой чашкой в руках, слушая, о чем мы ведем разговор.
— Ты ешь, не слушай нашу трескотню, — с теплом в голосе сказала бабуля, глядя на пацана. — А то страшно смотреть, одни кости, где мяско, жирок, даже ущипнуть не за что. Месси Асирия, хорошее дело сделала, Тьма тебя благословит. А чего ж просто по имени, а имя рода, аль стесняешься? Негоже обижать предков. Когда говоришь имя рода, значит признаешь, что достойны памяти и поминания все те, кого упокоила мать Тьма.
— Вы правы, эминия. Я не стесняюсь своего родового имени, но есть особые обстоятельства почему не произношу его при каждом новом знакомстве. Я, думаю, вы уважите мое право на это, — серьёзно посмотрела на женщину. Бабуля помолчала, изучая меня, хмыкнула, клыкасто улыбнулась.
— Хорошая девочка. Сейчас я тебя накормлю, — орчанка стала суетиться вокруг гостей. — Дрейк, малец, как там твой дядька поживает? Жену не привел?
— Нет пока, мессир Торкват не дал разрешение, — отозвался притихший оборотень.
— Хорошее дело он сделал, хоть и противный старый тарг, но за своими вассалами смотрит, как надо. Повезло вам, сильный Род, богатый 9 Круг, — с причмокиваниями рассуждала старушка. — Раньше и 13 Круг был таким.
При упоминании своего Круга я вздрогнула и оторвала взгляд от чашки, которая уже стояла передо мной, и внимательно посмотрела на бабулю.
— Ну, чего уж там, деточка, не всё в нашей власти.
— А чего ж проклятым-то называют? — спросила источник информации, готовый делиться со всеми, кто согласен слушать.
— Так поэтому и называют.
«Хм, не думала, что все так запущено. Что же за глупец сейчас во главе моего Рода? И как мне со всем этим разбираться?»
— У вас есть чеснок? — перевела я тему, после того как удовлетворила своё любопытство.
— Да, а тебе зачем? — удивилась орчанка.










