За стенами избушки продолжала бесноваться буря, в мире царили мрак и холод, а здесь ярко горел огонь в печурке, робкая свеча освещала мужчину и женщину, жадно прильнувших друг к другу.
– Давай забудем про все! – предлагал, задыхаясь, Кирилл, страстно ласкавший ее грудь, прокладывая поцелуями дорожку от уха до ключиц и возвращаясь обратно, он шептал: – Сегодня здесь никого нет, только ты и я! И я почти сошел с ума!
Саша уже не была хозяйкой своего тела. Оно принадлежало ее любимому, сильному, красивому мужчине, ее хозяину и господину. Отдавшись неистовым ласкам его губ, языка, пальцев, исследующих сокровенные уголки ее тела, она лишь слабо стонала, все теснее прижимаясь к его груди и плоскому твердому животу.
– Сейчас, родная! Сейчас ты станешь моей! – Он приподнял ее, сжал ягодицы ладонями...
Саша вскрикнула, но скорее не от боли, а от небывалого восторга, который охватил ее, как только она ощутила его в себе.
Это было все, что она хотела и ждала от своего любимого, и, когда у нее перед глазами вспыхнула и рассыпалась на миллионы осколков ослепительная радуга, Саша закричала от небывалого восторга и счастья. Кирилл прикрыл ей рот губами...
– Как это чудесно! – Саша уткнулась лицом в его горячую влажную грудь. Кирилл, тяжело дыша, снова обхватил ее руками, прижав к себе:
– Гораздо чудеснее, чем ты это можешь представить! – Он слегка куснул ее за ухо.
Вместо ответа она ткнула его кулаком в живот.
– А как часто мы сможем этим заниматься?
Похоже, эта девица намерена свести его с ума! Кирилл приподнялся на локте и с удивлением посмотрел в безмятежные глаза:
– Всегда, когда и где ты этого пожелаешь!
– А как же твоя невеста?
– Невеста еще не жена! – Князь ласково огладил девушку по обнаженному плечу. – Давай теперь немного поспим. Можешь ни о чем не беспокоиться.










