5
0Вероятно, этот раритет когда-то принадлежал хэленни из рода Астон и связан с ее даром. Для остальных женщин кольцо — бесполезная и не особо привлекательная безделушка. А вот почему артефакт на твоего вуайериста отреагировал, неясно. О чем он предупреждал? Об угрозе жизни или, наоборот, о чем-то важном и нужном?
— Угу, о появлении тайного поклонника, — хмыкнула скептически. — Пылко влюбленного и беззаветно преданного, который ради меня готов все отдать и на все согласиться.
— Как вариант, — ничуть не смутился братец. — А тебе не кажется, что это Саллер был? Не выдержал разлуки и пришел порталом, чтобы хоть издали полюбоваться.
Петька, следуя договоренности, перестал называть меня Машей и изобретал теперь новые имена — производные от Мэарин.
— Чтобы на меня посмотреть, герцогу вовсе не обязательно ночью по кустам прятаться и в окна тайком заглядывать. Мог бы спокойно через парадный вход зайти, хоть на пару минут. — Сердце, как всегда при воспоминании о Рэме, дрогнуло и тоскливо заныло. — Так что вряд ли. Сидит сейчас его светлость в Аране, развлекает принцессу и явно не торопится возвращаться.
— А по-моему, ты просто ревнуешь, сестренка, — прищурился Петька.
Ишь, какой проницательный. Да, ревную. Еще как! При мысли о том, что Рэм сейчас ласково улыбается этой сигильской красотке, перед глазами вставала черная пелена.
Объятья… Страстные, крепкие, такие надежные в этом чужом, враждебном мире.
Прикосновения твердых пальцев… Нежные, настойчивые, обжигающие и без того уже пылающее словно в лихорадке тело.
Хмельной вкус поцелуев, которые пьешь… пьешь… и никак не можешь напиться.
Срывающийся шепот… Его не слышишь, а скорее угадываешь:
— Нежная… желанная…
Неужели все это сейчас достается другой?
— Ты ведь завтра собираешься в Хауддан? — тряхнула головой, прогоняя непрошеные воспоминания, и перевела разговор на другую тему. — Я иду с тобой. И, пожалуйста, не надо спорить, — остановила я приготовившегося возражать брата. — Здесь мне все равно делать нечего. А там я хоть с Эари пообщаюсь, покажу ей кольцо. Вдруг она что-то о нем знает?
На том и порешили.
Петька ушел на службу — составлять договор, который завтра должен был отдать Йору, а я отправилась к Ирме, повышенной нами совсем недавно до ранга экономки.
"Не принять «брата» я не могла, но и в дом его пускать не хотелось. Впрочем, Астон-младший сам не рвался подниматься в гостиную — стоял у окна в прихожей, постукивая пальцами по подоконнику, и ждал, когда я к нему спущусь.
— Добрый день, Орвальд.
— Здравствуй, Мири.
