5
0
Кивнул Саллеру, как старому знакомому, небрежно помахал его величеству, подмигнул ошарашенному Кемрану, который, судя по всему, впервые видел эмиссара Хауддана в такой неформальной обстановке, и бросил цепкий взгляд в мою сторону.
— Графиня, — произнес он нейтральным тоном.
— Добрый день… — пробормотала я и запнулась, не представляя, как вести себя дальше. Показывать при сигилльце, что мы с фрейром близко знакомы, не хотелось. Мало ли…. Береженого бог бережет.
Йор, надо отдать ему должное, все правильно понял, и тут же отвернулся.
— Что здесь происходит? — вопросил он и оглядел комнату, оценивая обстановку.
Рассказать все Йору вызвался — кто бы сомневался — все тот же Саллер. О поясе, который баронес… одна знакомая прислала ему, герцогу. О том, как он после тщательной проверки передарил ненужную вещь кузену.
Йор слушал внимательно, не перебивая, что, само по себе, было удивительно. А вот когда Рэм закончил…
— Вот дур-а-а-ак… — протянул фрейр, качая головой. — Какой же дурак!
Я сначала не поняла, кого он имеет в виду — Саллера, Петьку или Кемрана. Оказалось — неведомого злодея.
— Криворукий тупица.
— Вы знаете, что с моей сестрой?
— И какое заклятие применялось?
Герцог и принцем оживленно переглянулись.
Король ничего не сказал, но заинтересованно подался вперед.
— Конечно, знаю. Это древняя магия нелюдей. Вы, смертные, не видите ее и уж тем более не умеете распознавать... — Йор пренебрежительно скривился. — Помнится, я сам использовал нечно подобное… гм… недавно... — Он многозначительно умолк, в упор уставившись на Рэма, и тот прикрыл глаза, давая понять, что намек понял.
— Значит, вам известно, как от этого птархового приворота избавиться? — не вытерпел Танфрад.
— Разумеется, — фрейр выпрямился и надменно пожал плечами, явно наслаждаясь всеобщим вниманием. — В вашем случае — никак.
Полюбовался на потрясенные лица собеседников, выдержал многозначительную паузу и, наконец, решил смягчить приговор.
— Вернее, почти никак, — произнес он, устраиваясь на краю массивного письменного стола.
