2
0Жаль, невозможно просто вывернуть этому магу на голову все эмоции, вихрем закручивающиеся внутри!
— Это все? — иронично уточнил Сапфир.
Меня просто трясло от злости и возмущения. И еще немного от осознания случившегося.
— Слушаю тебя, — смиренно так.
— Бесчестный и бессовестный тип! — кажется, меня прорвало. — Зачем было устраивать этот спектакль? Мама точно узнает. И голову мне оторвет! Ты что, не понимаешь, что перед помолвкой надо спрашивать согласие невесты? Слов на тебя нет! И зла не хватает! Ты же преподаватель! Значит, должен быть серьезным и ответственным, а не… вот это вот все.
Я неопределенно взмахнула руками, намекая на его поведение в целом.
— Милая, ты не оригинальна. — По его губам растеклась очаровательная улыбка. — Было время, когда мне это по несколько раз в день повторяли. Примерно теми же словами.
— Кто? — Я не собиралась спрашивать, оно само как-то вырвалось.
— Родители, преподаватели, даже ректор Алмазной Академии, где я одно время работал, — перечислила эта хитрая морда. — Но дело было уже давно.
— Значит, тебе просто необходим кто-то, чтобы напоминать о рамках и границах. — Я непримиримо скрестила руки на груди.
— А невеста на что? — подмигнул маг. — Будешь приносить пользу обществу. Ну и мне немного. И раз уж мы дошли до сути моего делового предложения, давай переместимся в гостиную и все обсудим.
Холл, по его мнению, годился для препирательств, а для делового разговора, видимо, нет.
Но я вообще не собираюсь с ним разговаривать!
— А может, лучше какао и булочку с корицей? — хитро сощурился Сапфир.
Желудок жалобно напомнил, что его надо бы иногда кормить.
Но я все еще колебалась.
— Неужели тебе не любопытно, как я буду оправдываться? — продолжил искушать Сапфир.
И от магически навязанной помолвки избавиться надо.
— Такие приемы должны быть запрещены законом, — пробурчала я.
Адамас рассмеялся и поманил меня за собой.
Обосновались мы в итоге на кухне. Маг приготовил для меня какао. Между прочим, без применения способностей, самым обычным способом. Потом посмотрел с прищуром, будто оценивая, насколько я зла, и добавил взбитые сливки и корицу. И булочку подогрел. К этому моменту я уже кусала губы, чтобы не улыбаться.
— Ну вот, совсем другое дело! — Улыбнувшись широко и искренне, он поставил передо мной кружку.
— Меня мама убьет. — Я изо всех сил сопротивлялась такому задабриванию.
Не смотреть на «жениха» не получалось, взгляд постоянно стремился к нему. Чего я там не видела, спрашивается? Ладно, он привлекательный. Притягивающий. Все адамасы такие. Это бабушка сказала, а уж ей лучше знать. Еще у него круги под глазами, хитринка в черноте зрачков и лицо с улыбкой преображается.
— Маму я беру на себя, — серьезно пообещал маг.
