8
0
– Он и впрямь мне надоел, – продолжала она, – не скрою, но жизнь жены модного литератора вполне комфортна, согласись!
Я кивнула:
– Еще говорят, что твой любовник уверяет…
– Антон – дрянь, – с яростью произнесла Лена. – Альфонс, жиголо, комнатная собачка! И если б я и впрямь решила пристрелить Кондрата, то никогда не обратилась бы к этому слизню, а наняла бы профессионала, киллера. Поверь, с моими деньгами это нетрудно. Подготовила бы алиби, улетела за границу и, уж конечно, никогда бы не стала впутывать ребенка. Я же не дура! Антона я ни о чем не просила!
– Но зачем ему придумывать такое!
– В этом весь вопрос, – вздохнула она. – Он меня специально оговорил.
Мы помолчали пару минут, потом хозяйка хлопнула ладонью по столу.
– Значит, так! Вечером сюда явится адвокат, и самое позднее к завтрашнему утру я освобожусь.
Потом ее увели. Мы остались со Славкой вдвоем.
– Славик, – попросила я, – можешь сделать так, чтобы мне разрешили жить вместе с Лизой, чтобы ее не отправили к родной матери? Ну представить меня теткой, что ли!
– Ладно, – согласился майор, – так уж и быть, помогу.
Потом он помолчал минуту и сказал:
– Либо сегодня вечером, либо завтра с утра могут прийти с обыском, усекла?
Я кивнула. Все понятно, прямо сейчас вытащу деньги из сейфа и унесу из дома, спрячу в надежном месте, а как только милиция уедет, вновь положу на место. Впрочем, может, Лену завтра уже отпустят…
Но назавтра она не вернулась, я прождала до обеда и позвонила Славке.
– Митрофанов, – рявкнул в трубку незнакомый голос.
– Будьте любезны Самоненко.
– Он в больнице, – коротко сообщил мужик и тут же отсоединился.
Полная дурных предчувствий, я набрала домашний номер майора. Схвативший первым трубку семилетний Рома заорал:
– Тетя Лампа, а папа заболел!
– Дай сюда, – велела мать и зачастила: – Слышь, Лампуша, вот уж не повезло, аппендицит скрутил. То-то он жаловался, что бок все время болит. Ночью по «Скорой» сволокли в Боткинскую и соперировали. В реанимации он, туда никого не пускают.
Я повесила трубку и растерянно посмотрела в окно, что делать?
Володя на берегу моря, Славка в больнице, помочь мне некому. Где-то около пяти раздался телефонный звонок. Мужчина, говоривший хорошо поставленным голосом, назвался адвокатом, Филимоновым Игорем Львовичем, и сообщил:
– Елене Михайловне предъявлено обвинение.
– И что? – испугалась я.
– Пока ничего, – спокойно ответил защитник. – Дело будете иметь со мной. Приезжайте, улица Крылатские Холмы, записку передам.
Плохо понимая происходящее, я натянула куртку и крикнула Лизе:
– Скоро вернусь!
Но всегда послушная, слегка апатичная девочка взбунтовалась:
– Не хочу оставаться одна!
– Это еще почему?
– Боюсь!
– Включи телевизор.
