8
0Глупая и жадная девица согласилась, дальнейшее известно.
Я молча вертела в руках чайную ложечку. Господи, какая же я дура! Ведь я нашла номер телефона Юры в памяти аппарата Брит и думала сначала, что она сама позвонила убийце, а потом забыла про эту версию. Ну не идиотка ли! Была в двух шагах от разгадки!
– Не огорчайся, дорогуша, – ободрил меня Володя, – это еще не все сделанные тобой глупости. Ты же позвонила Грызлову?
Я кивнула.
– И вы встретились в ресторане?
– Да.
– Он напоил тебя?
– Да, но зачем?"
"– Ну, святая простота, хотел узнать, что тебе известно, а ты с пьяных глаз радостно сообщила – почти ничего. Вот Грызлов и успокоился, а чтобы ты перестала играть в детектива, рассказал историю про продавщицу Зину Иванову.
– Ага, а я ее проверила и выяснила, что все произошло год тому назад и не совсем так, как объяснил он. Пришлось заняться Степаном Разиным.
– Душенька, – умилился майор, – да ты просто Шерлок Холмс.
А Грызлову пришлось пережить несколько неприятных минут. Он пришел в издательство, наткнулся на Евлампию, увидел на столе у редактора пачку денег и расспросил нашу дурочку. Та ничтоже сумняшеся выложила, что принесла рукопись «Загон с гиенами».
Юра чуть не упал замертво. Он-то сделал все необходимое, чтобы рукопись исчезла из компьютера. Сразу после смерти Кондрата, поздно ночью, когда все домашние спали, он приезжал к Лене и посоветовал той отослать подальше мальчика. Женщина сама собиралась отправить сына на Кипр. Пока она разговаривала в спальне по телефону, Юра ждал в кабинете, он готов был немедленно ехать за билетами в круглосуточную кассу. В то время как Лена договаривалась с подругой, Грызлов влез в компьютер и уничтожил «Загон с гиенами», прихватив и дискету из коробочки, где хранился архив. Собственно говоря, после смерти Кондрата ему не так и страшно опубликование романа, но он не хотел рисковать. Представьте теперь его изумление после разговора с нашей Лампулей.
Он действует немедленно.
– Поняла! – закричала я. – Все поняла!
– Да? – удивился майор.
– Да. Юра сказал, будто забыл ключи в издательстве, вернулся и подменил дискеты, бросил на столе у Галина пустые. Только допустил ошибку. Я принесла информацию на «Сони», а он подменил на «IDK». Потом расспросил меня, где я нашла «Загон», напросился в гости, симулировал сердечный приступ, а пока я бегала в аптеку, вновь уничтожил в компьютере все следы романа, он только не знал, что осталась распечатка. А затем выписал из телефонной книжки адрес Леокадии Сергеевны и разорвал блокнот на мелкие кусочки. Он правильно решил, что я подумаю, будто Рамик сожрал книжечку.
– А зачем он ее рвал? – поинтересовался Андрей.
– Не хотел, чтобы я еще раз поехала к машинистке или позвонила ей.
