8
0Меньше крови, изживу порнуху, введу динамичный сюжет, напряженное действие. Чтобы на каждых десяти страницах что-нибудь происходило…
– Как у Кондрата Разумова, – влезла я.
Юра поднял глаза:
– Именно, Кондрат великолепно писал. Кстати, ты не знаешь, остались ли после его смерти готовые работы?
– Лена говорила о двенадцати романах, но в компьютере с пометкой «новый» нашлось только восемь.
– Можешь показать?
– Зачем?
– Потом объясню.
– Конечно, пошли.
Мы отправились в кабинет, и Юра, тихонько напевая, принялся изучать содержимое файлов. Прошло примерно полчаса. Наконец гость щелкнул мышкой и, глядя на потухший экран, сообщил:
– Лена не обманывала. Рукописей и впрямь двенадцать, только четыре недописаны, ну да не беда, доделаем.
– Зачем?
Юра похлопал рукой по компьютеру:
– Вот здесь, Евочка, лежит наше с тобой состояние.
– Не понимаю…
– Об этих вещах никто не знает?
– Наверное, лишь Лена."
"– Да забудь про Ленку, – вскипел Юра, – с ней все кончено. Убила мужа и получит по заслугам, лет десять, может, пятнадцать, если судья уж очень обозлится. А тут – сокровище.
– Все равно не понимаю!
– Евочка, – проникновенно зашелестел Грызлов, – у меня в мире книгоиздателей отличная слава. Если я принесу новый роман, в другом, чем раньше, ключе, то его выпустят обязательно.
– Ну и неси, а при чем здесь эти рукописи?
Он тяжело вздохнул:
– Ева, душенька, когда Лена, законная наследница неопубликованных детективов Разумова, выйдет на свободу, имя Кондрата будет прочно забыто читателями. Ни один издатель не захочет связываться с ней.
– Почему?
– Бесперспективно. Писатель умер, читатель его похоронил, новая поросль поднимается. Так что денег ей не заработать, а мы выпустим все и, конечно, оставим Ленке часть гонорара. Будет у нее копеечка, если на зоне не удавят.
– Ты хочешь сказать…
– Умница, сообразила. Издадим книги под моим новым псевдонимом, допустим Григорий Юров. Неплохо звучит, а? Восемь готовых вещей, а четыре я поправлю, допишу… Отличная идея!
Я удрученно молчала. Грызлов истолковал мое молчание по-своему и быстро добавил:
– Естественно, деньги поделим на три части – тебе, мне и Лене. Нам побольше, ей чуть поменьше.
– А Лиза и Ваня? – спросила я тихо. – Дети тоже наследники.
– Разделим Ленину долю на троих, – охотно согласился он.
Я молчала, не зная, как реагировать.
– Ева, душа моя, – тихо сказал Юра, – наверное, преждевременно произносить подобные слова, но с нашей первой встречи я пребываю в уверенности, что нашел в твоем лице невероятную женщину – умную, интеллигентную, красивую…
– Мэрилин Монро и Софья Ковалевская в одном флаконе, – фыркнула я, чувствуя, что опять начинаю краснеть.
– Если хочешь так, то да, – неожиданно серьезно ответил он, – ты женщина моей мечты.
