Жена воина, или Любовь на выживание

 — Кирюш, это ведь не сон, понимаешь?! Это реальность, просто другая! И когда ты переносишься туда, здесь твоя оболочка истончается, пантеренок! Ты полупрозрачная становишься!

— Ой, — только и сказала я.

Мама неодобрительно головой покачала, с тревогой вглядываясь в меня.

— Кира, нельзя, понимаешь? Нельзя! И самое главное правило, которое ты уже нарушила, — нельзя смотреть им в глаза!

Мое любопытство было сильнее страха, отсюда и вопрос:

— Обернись… — прошептала мама.

Я обернулась. Позади нас шел встревоженный Ар, а еще чуть дальше его я увидела… тень! Черную, призрачную, чуть подрагивающую, и эта тень шла за мной! Не просто за мной — четко глядя на меня, не отрывая от меня взгляда, целенаправленно двигаясь ко мне!

— Бракованный навигатор, — только и сказала я.

— Хуже, — мама снова потянула меня вперед. — Хуже, Кирюш, потому что ты — ты не чудо, ты чудовище!

«Начинается», — подумала я и обернулась.

Тень продолжала идти за нами.

— Не оглядывайся! — рявкнула мама.

Я оглянулась в последний раз и закрыла глаза — по белоснежным коридорам, среди жителей этого громадного космического корабля, шел тот самый капитан. И все расходились перед ним, уступая дорогу и с почтением кланяясь. А он шел за нами, не отрывая взгляда ярко-синих глаз от меня.

— Убью! — прошипела мама.

Я мгновенно ресницы распахнула, отвернулась и стала вести себя как примерная девочка. Но такой адреналин, и сердце так быстро бьется! Очень быстро! А у капитана глаза как у Эрана, почти такой же яркий синий оттенок!

— Киран, я тебя точно прибью. — Мама в ярости. — Не смей больше смотреть на него.

— У него глаза такие… си-иние, — протянула я.

И мама остановилась на полном ходу так, словно на стену налетела! В неярком зеленоватом свете осветительной капсулы выражение ее лица испугало не только меня, даже Ар вздрогнул и отступил.

— ЧТО??? — заорала мама. — Что ты видела?!

— Л-л-людей, — испуганно прошептала я.

— КАК ИМЕННО ТЫ ИХ ВИДЕЛА?

— Как людей. — Я еще на шаг отступила.

В ответ тирада на неизвестном мне языке, но Ар покраснел, это даже при нашем скудном освещении было заметно. Дальше мы опять быстро-быстро шли по коридорам, даже почти бежали, ровно до какого-то столба. Там мама остановилась и свернула вправо, отсчитывая шаги. На сто пятнадцать свернула влево и приложила ладонь к стене. И корабль содрогнулся. Засверкали огни на стенах, а сама стена дрожала, со скрипом открывая проход.

Когда дверь открылась, перед нами возник сад. Самый настоящий, с зелеными деревьями, цветущими растениями и ковром травы под ногами.

— Неожиданно, — высказался Ар и первым шагнул, вынув из ножен короткий меч.

— Здесь максимум могут быть птицы, — успокоила его мама, войдя следом.