Жена воина, или Любовь на выживание

Нет, к Нрого мне не хотелось, так что:

— К Аравану, мама все равно сейчас у него будет, она соскучилась.

Мой величественный воин кивнул, затем поднялся, вернул меня на мое место, снова сел и попросил:

— Не могу, — честно ответила я.

— Подожди меня, — попросил Эран, усадил обратно на стул и вернулся к трапезе.

Вообще, ел много. Много и достаточно быстро, остальные также вернулись к еде, изредка бросая на меня взгляды, в которых был интерес, но никак не осуждение. В связи с этим возник вопрос:

— И что, ругаться за мою самонадеянность никто не будет?

Никто не стал, лишь Эран произнес:

— Ты могла погибнуть.

Икас подошел, разместил огромную морду у меня на коленях и посмотрел очень недовольно. Он все понимал, и он переживал, но тоже не ругался. С улыбкой почесала его за ухом, чувствуя, как глаза вновь наполняются слезами.

— Я буду, — неожиданно сообщил Эран.

— Что будешь? — не поняла я.

— Ругаться, — пояснил повелитель Иристана, вытирая руки.

— А остальные будут? — поинтересовалась я.

— Остальным нельзя, — пряча улыбку, сообщил Лираэт.

— А почему? — живо заинтересовалась я.

Брат моего воина несколько растерялся, после чего произнес:

— Вы больше чем жена, повелительница, вы сердце повелителя, его чувства и эмоции, его дыхание, его жизнь. Оскорбить вас, даже проявлением недовольства, значит бросить вызов сильнейшему воину Иристана.

Искоса взглянула на Эрана, тот был напряжен настолько, что даже жевать перестал. А вот потом я посмотрела на Гарданга, который, кстати, как раз таки выражал мне свое недовольство. И седовласый воин, поняв намек, глухо произнес:

— Я попытался принести свои извинения.

— Да все норм, — заверила я, — забили. — А после протянула: — Кажется, традиции Иристана начинают мне нравиться.

Эран шумно выдохнул, а Лираэт с улыбкой поправил:

— Не Иристана — таров. На Иристане нет и не было ничего подобного в силу отличия коренного населения собственно от нас.

— И в чем отличие? — поинтересовалась я.

А дальше прошло нечто — светловолосый воин перегнулся через стол, схватил мою руку и молниеносным движением материализовавшегося в его ладони ножа резанул мой палец.

Я вскрикнула, Эран отшвырнул Лираэта от меня, и тот, пролетев через всю трапезную, приложился спиной о колонну, а я… Я потрясенно смотрела на капельку крови, появившуюся на левой руке Эрана, на указательном пальце… именно там, где его брат ранил меня…

Несколько секунд я потрясенно смотрела на повелителя Иристана, даже не взглянув в сторону поднимающегося со стоном Лираэта, тихо выругавшегося Гарданга и обозвавшего брата идиотом Ошера. Я смотрела на Эрана. На него, и только на него.