Жена воина, или Любовь на выживание

Она была в черном летном комбинезоне, с собранными на макушке в хвост волосами, и эта прическа словно подчеркивала появившуюся на висках седину. А еще я отчетливо разглядела темные круги под глазами цвета весенней яркой травы, и морщинку, залегшую меж бровей, и скорбные складочки возле губ, которых раньше не было, и бледность, и то, что мамуля заметно похудела, и царапину на скуле. И я стояла и просто разглядывала ее во все глаза, а мамуля тоже рассматривала меня, словно веря и не веря в то, что видит, словно вообще увидела впервые, словно…

— Пантеренок, ты так… выросла, — вдруг прошептала мамочка.

И это разом сняло весь ступор от встречи.

— Мам, мне восемнадцать, в моем возрасте уже не растут, — рассмеялась я и потопала к ней.

Сначала потопала, а в итоге обняла с разбегу, крепко-крепко, как в детстве, и почувствовала себя дома. Вот просто дома, и все. Единственное, что как-то выбивало из настроения, — сама мама. Она была, во-первых, растерянная, а во-вторых, кто-то много выпил. Действительно много.

— Кирюш, — простонала мамочка, обнимая меня наконец-то, — Кирюшенька…

И тут один из воинов Аэ произнес:

И почти одновременно с этим раздалось:

«У нее шок после случившегося с эйтной МакЭдл».

— Левый! — Я, отпустив мамочку, обернулась и улыбнулась тени Нрого.

Тени, которая осталась висеть метрах в шести от нас, потому что один из воинов недвусмысленно направил на нее оружие. Второй, глядя на прибор, произнес:

— Не шейс, что-то другое.

«К-к-кира, — заметно струхнул левый, — они меня видят?»

— Риторический вопрос, левый, — невольно улыбнулась я.

А дальше все случилось как-то неосознанно — я приставила два пальца к шее и произнесла мысленно:

«Кханар, тень не представляет угрозы».

И только после этого я осознала, что мне никто воина не представлял и я вообще, по идее, не знаю его имени. Но тот, кто наставил оружие на левого, кивнул, затем приставил два пальца к шее, и я услышала:

«Вас понял, повелительница».

И он убрал оружие, а после вернулся на исходную позицию.

И вот тогда раздалось потрясенное:

Виновато глянула на мамулю, мимолетно отметив отвисшую челюсть левого. А мама, разом сбросившая с себя и оцепенение, и растерянность, прошипела:

— Это что сейчас было, доча?!

— Мм-м… — Я вдруг поняла, что когда она там, на корабле ругалась, оно мне как-то спокойнее было, а сейчас стало стремно. — Мам, понимаешь…

Ничего придумать я не успела, потому что услышала:

«Ты мне нужна», — от Эрана.

Виновато улыбнувшись маме, приставила два пальца к шее и ответила:

«Глаза закрой, — приказал повелитель Иристана и, едва я подчинилась, спросил: — Сколько переходов?»

Ошеломительное ощущение присутствия в мрачной конусообразной пещере накрыло с головой.