Жене негде взять поддержки и помощи, чтобы попытаться справиться с ситуацией самостоятельно. Будто в насмешку над этими подтачивающими сознание мыслями, спустя неделю после закрытия ресторана в его кабинете раздается телефонный звонок.
— Доброго дня, Евгений Александрович. — Женя не сомневается в цели звонка господина Савлева, голос которого сейчас раздается из телефонной трубки. То, как он произносит его имя — фамильярно и с насмешкой — приводит Евгения в ярость. Раздражение быстро распространяется по каждой клеточке и мысли. — Слышал, дела с рестораном совсем плохи стали? Ай-ай-ай, как жаль, что ты, Евгений Александрович, такой упрямый и недальновидный.
— Вы, очевидно, не поняли из наших предыдущих встреч и разговоров, — ледяным тоном цедит сквозь зубы Женя, — ресторан не продается. Это окончательное решение. Можете больше не утруждать себя звонками и визитами.
— Дело твое. Ты очень рискуешь, Евгений Александрович, но я согласен списать все на молодость и неопытность.
В трубке раздаются короткие гудки, и Женя титаническим усилием воли берет себя в руки. Черт! Резко отталкивается от стола, отъезжая в кресле и поднимается на ноги. Подходит к окну. Напряженно думает, спрятав руки в карманах брюк. Если не принять предложение и спонсорство Савлева, они однозначно станут банкротами и окажутся в такой яме, выбраться из которой самостоятельно им уже будет не под силу.
Женя непроизвольно качает головой, прикрывая глаза и почему-то вспоминая фразу, которую его отец когда-то сказал Максу:
«Самостоятельность — крайне похвальное качество, молодой человек, но не тогда, когда она ровным счетом не дает никаких результатов».
Женя опирается локтем об оконный откос и утыкается лбом в сжатый кулак. Самостоятельно он не справится, это уже очевидно. Завтра же Евгений оформит все необходимые документы и возьмет ссуду под залог ресторана — последний шанс выкарабкаться и перекрыть месяц простоя.









