Заклятый брат

– Надеюсь, больше такого не повторится? – поинтересовался он у Саймона, приподнимая кустистую бровь и протягивая ему чай. – Потому что если твоя мать прознает, что в тебя стреляли…

– Но в меня не стреляли, – удивился Саймон. – Кто тебе это сказал?

Тембо помотал головой.

– Точно не я. Я сказал Рехеме про гепарда, а потом пошёл ждать тебя.

Только он начал, как дверь в кабинет Фахари распахнулась, и на порог вышел Экон. Он тут же заметил Саймона и направился прямо к нему, не сводя с него взгляда карих глаз.

– Поймал браконьеров? – легко спросил Тембо, которого плохое настроение Экона ничуть не смутило. Только тогда Экон оторвался от Саймона, переводя ледяной взгляд на Тембо.

– Присматривай за своим «другом», – выплюнул он. – Змея меняет шкуру, но не натуру.

Напоследок бросив на Саймона убийственный взгляд, Экон прошёл мимо и вышел. Саймон уставился ему вслед с открытым ртом, а Тембо присвистнул.

– Ого, а он тебя ненавидит, – сказал он с невесёлым смешком. – Не знаешь, почему?

– Я у тебя хотел спросить, – пробормотал Саймон ошарашенно. Но времени на раздумья не было, потому что на пороге кабинета появилась Фахари.

– Тембо, – ледяным тоном сказала она, скрестив руки на груди, – Саймон. На пару слов.

– Всего на пару? – спросил Тембо, но увядающая улыбка уже никого не обманывала. Он грустно потянулся за Фахари, и Саймон, стиснув в руках тёплую кружку, неохотно пошёл следом.

Африканская Хранительница ничего не сказала, когда они с Тембо, насквозь промокшие, сели на мягкую скамью. Они молчали, глядя в пол, а Фахари сверлила их взглядом, кажется, не меньше минуты.

– Тембо Ньогу, ты помнишь, о чём я говорила, когда ты только приехал? – наконец поинтересовалась она тихим, но опасным голосом, от которого волосы встали дыбом. – Помнишь правило, которое ни в коем случае нельзя было нарушать?

– Не покидать заповедник, – пробормотал он.

– Именно, – подтвердила она, сужая глаза. – А помнишь, что случится, если прайд или слоновий совет поймают вас за границей?

– Вы отправите нас обратно домой, и мы будем сами разбираться с Верховным Советом, – пробубнил Тембо, краснея.

– Но он не виноват, – вмешался Саймон. – Львята убежали, Экон пошёл за ними, но их давно не было, и Амале…

– Подробности можешь оставить при себе, – резко сказала Фахари. – Экон мне всё рассказал.

– Это он сказал, что браконьеры в меня стреляли? – горячо поинтересовался Саймон. – Потому что ничего подобного не было.

Атмосфера в тесном кабинете накалилась, но Саймон не сводил с Фахари взгляда, потому что понимал: стоит ему хоть дёрнуться, и Хранительница решит, что он врёт. Но Саймон не врал, и Тембо не врал тоже. Только Экон оказался лжецом.

– Правда, – дрожащим голосом добавил Тембо.