1
0Они с легкостью захватили все долины, народ спасался только в горах, куда не поднималась их конница!.. Да и было это почти тысячу лет назад!
Мрак тряхнул головой, с неловкостью улыбнулся:
– Правда? Черт, а кажется, что неделю тому. Странная эта вещь, память… Не помню, где был месяц назад, но помню детство, помню, как впервые сел на коня, как меня учили добывать огонь… А ты хоть помнишь, что мир был иным, а ты был чародеем неслыханной мощи?
Олег ответил суховато:
– Меня память еще не подводит. Но ты знаешь, как только появились первые примитивнейшие авто, я как сел за руль, так с тех пор и на коня ни разу.
Мрак посмотрел на него остро. Вздохнул:
– Вообще-то на тебя похоже. Сухарь!
– Машина – функция, – ответил Олег ровно. – Мне ее не надо кормить, когда неделями простаивает в гараже или на улице. Она не пугается раскатов грома, не понесет, если рядом громко хлопнуть кнутом…
Мрак помолчал, спросил внезапно:
– А ты сейчас можешь?
– Ну, взлететь, аки птица, отогнать тучу, стать незримым…
Олег покачал головой:
В голосе Мрака сквозило сильнейшее разочарование. Олег невольно улыбнулся. Когда-то Мрак проклинал всякую магию.
– Время ушло, – ответил он просто. – Всему свой час. То ли воздух был другим, то ли иные камни с неба падали, но уже и зверье по земле другое бегает, и другая трава растет, а на смену магии пришло наконец то, что я так жаждал! Наука, Мрак. То, чему научаешься. И чему можно научить другого, в отличие от магии. Если магом мог стать только тот, в ком была жилка мага, то научником может стать каждый!
Мрак внимательно смотрел на его лицо:
– Ты радуешься, будто тебе это нравится.
– Зато эти многие сумеют сделать больше, чем горстка магов, – сказал Олег убежденно. – А что магия из воздуха ушла… что ж, запах науки мне нравится! К тому же я и среди научников совсем не последний.
– Но мы все еще живы, Олег. Здесь наукой и не пахнет. Ты как-то это объясняешь? Или только твое желание жить?
– Одного желания, – сказал Олег задумчиво, – недостаточно. Нужно еще и страстное стремление… Точнее, не «еще», этого может вовсе не быть, человек вообще может не думать о жизни или смерти, но если он страстно жаждет сделать что-то очень полезное для людей… Я имею в виду, для всего человеческого рода, для вида, то у него появляется шанс… То Сверхсущество, частью которого мы являемся, может это уловить… и может послать в ответ какой-то сигнал… скажем, инстинктивное желание помощи… А что есть помощь человека муравью, когда ни один ни другой не понимают целей друг друга?
– Полагаешь, что наши долгие жизни – это реакция Сверхорганизма?
Олег мягко улыбнулся:
– Это моя теория.
