1
0А то и распоследний!
– Хорошо бы, – ответил он тоскливо.
– Чтоб оказался гадом… Это было б здорово: я на стороне Добра и справедливости, а на той стороне баррикады – одни гады проклятые, идиоты, бездари, свинтусы, мерзавцы. Увы… я уже говорил, если бы правда была только на одной стороне, то никакие войны не велись бы так долго. А то и вовсе не начинались бы… Так и здесь. Мы все, я говорю об Организации, работаем наперегонки со временем. Человечество на Земле под угрозой. Нет, не от ядерных войн, как думает простой человечек… Впрочем, я уже говорил. Прости, в голове будто кости долбят в три смены.
– У тебя хотя бы аспирин есть?
– К черту аспирин. Меня больше донимают озоновая дыра… или истончения атмосферы! Вот эту боль никаким аспирином… Земля постепенно лишается атмосферы и однажды станет похожей на Луну. Или сначала – на Марс. А столкновение с большой кометой? Пока что такие столкновения лишь вели к переворотам, что шли роду людскому на пользу. Первое… или не первое, но первое заметное – вызвало жизнь на Земле, второе – истребило динозавров, третье помогло возвыситься человеку над тварями… А сколько было таких, что либо вызывали всемирные потопы, оставляли кратер, но не уничтожали жизнь целиком? Но так везти будет не вечно.
– И как вы можете спасти?
– Все мы ищем. Из-за этого и деремся. А не из-за власти или денег, как ты думаешь… и как живут все политики, все президенты и все рвущиеся в президенты! Но одни из Организации ищут спасение в расселении среди звезд, другие – в овладении энергиями, чтобы защитить Землю, а астероиды либо уничтожать на подходе, либо отводить в стороны… Есть и те, кто ищут другие измерения, способы жить в пространстве… Я просто не верю, что кому-то вот так сразу удастся найти удачное решение, но искать надо!.
Он умолк, он вслушивался в звенящую тишину. Юлия всмотрелась в его застывшее лицо с закрытыми глазами, ощутила острую жалость. Слишком большую ношу взвалил на плечи…
Во все века таких людей считали придурками. Нормальные люди как раз и рвутся к власти… хоть в пещерное время, хоть сейчас, чтобы больше денег, женщин, а не затем, чтобы улучшать и перестраивать мир.
Ей показалось, что он медитирует, хотя Юлия уже знала, как он пренебрежительно отзывается о всех древних премудростях, знаниях и искусствах. Затем лицо порозовело, он открыл глаза. Она поежилась, взгляд зеленых глаз был странным, завораживающим и таинственным.
– Пора, – сказал он. – Надо уносить ноги.
– Вряд ли.
