1
0– А что теперь? – прохрипела она. – Что… дальше?
– Выход наверху, – сообщил он. Ей почудилось в его измученном голосе облегчение. – Похоже, уже близко.
– До поверхности, – ответил он не задумываясь, – примерно сорок – сорок пять этажей.
Ноги ее подкосились. Тело обвисло, но Олег, казалось, не заметил, шептал в ухо, какая она замечательная, отважная, крутая, даже красивая… хотя это каждый мужчина должен говорить в первую очередь и не реже, чем четыре раза в сутки, грел горячим дыханием – это в такой-то духоте!
Наконец она сумела выдавить:
– Да я лучше сразу вниз головой…
– Мы на глубине сорокаэтажного дома?
– Если считать современными, – объяснил он.
– Да я и на одну ступеньку не поднимусь, – прошептала она. – Все, я уже кончилась. Не гожусь я в спутницы героя.
– Ничего, – шепнул он прямо в ухо. – Ничего… Моя Жунька тоже не везде могла со мной лазить. Подожди здесь, хорошо?
– Через каждые пять этажей есть такая вот площадка. На одной… не помню на какой, есть приспособление для подъема. Стандартный набор, но все же…
Она прислонилась к стене ниши, сползла на пол.
Одной сидеть было так страшно, что чудилось, будто зависла в черном космосе, как астероид, слегка освещенный холодным светом звезд. По венам шумела кровь, слышно, как пульсирует в висках, журчит на сгибах, идет окольными путями по капиллярам. В ушах стучали тамтамы, накатывался тяжелый рокот прибоя, и с каждым ударом пульса в черепе трещали какие-то скалы или кости.
В какофонии звуков послышался инородный звук. Через мгновение сверху мелькнули ноги, Олег буквально прыгнул на площадку. На нем был широкий пояс, какие она видела у ползающих по зданиям монтажников, такие же лямки обхватывали грудь и плечи.
– Поспала? – спросил он благожелательно.
Она с плачем бросилась ему на шею. Цепкие пальцы что-то делали с нею, тискали, потом вдруг он шагнул прямо в пропасть. Ее сердце оборвалось, но ее поддерживала за талию широкая ладонь, кроме того, что-то больно давило под ребра.
– Начинаем подъем, – шепнул он в ее ухо. – Не боись, я тебя закрепил надежно. Можешь даже не держаться.
– Ну да, – ответила она, – что ж, совсем дура?
– Только теперь лучше не кричи, ладно?
Она чувствовала, что ноги болтаются в воздухе, но не испытывала ужаса. Над головой скрипело, подрагивало, эта дрожь проходила через тело Олега и угасала в ее теле. Мимо быстро уходили вниз железные перекладины, луч фонарика выхватывал изъеденные кавернами стены.
