1
0Также простолюдин может стать архиепископом или даже папой римским, может стать профессором богословия, все может… но эти не стали. И хрен с ними.
Калика спал, Томас сел, прислонившись спиной к дубу, и строго напомнил себе, что он должен бдеть, ибо, как выяснилось, калика повоевал даже больше, чем он, только не бахвалится. Надо бдеть и охранять сон благочестивого отшельника…
Он очнулся от сухого потрескивания угольков, запаха жареного мяса. Костер уже прогорел, калика любовно поворачивал насаженные на прутики ломти мяса, захваченные из гостиницы, то ли разогревал, то ли поджаривал заново.
Томас пробормотал виновато:
– Да все хорошо, – ответил калика. – Я посмотрел коней, живучие… Уже отъелись, отоспались. Сказано, гунны. Нашим бы неделю отдыхать… Ты как, готов в дорогу?
– Позавтракать бы, – напомнил Томас.
– Это само собой, – согласился калика. – Ты вчера нагулял аппетит, нагулял!
– Тебе бы так нагуливать, – буркнул Томас. Он пошевелился, прислушался, лишь отголоски вчерашней боли, тело избавляется от зверских ушибов ускоренно, видит, что отдыхать не дадут.
Калика посмотрел на него удивленно:
– Ты с кем-то дрался на турнире, – напомнил Томас.
– А-а-а… не на турнире, а во время турнира. Это только простой народ думает, что самое интересное – на сцене. На сцене только то, что показывают, а за сценой – что на самом деле. Я кое-что ощутил еще во дворце Гаконда… Он не догадывается, что дело куда серьезнее. И опаснее.
Томас насторожился, прутик с кусочком мяса замер в его руке.
– Темное колдовство, – сказал Олег буднично. – Правда, неявное, ему мешал архиепископ.
Он вгрызся крепкими зубами в истекающее соком мясо, застонал от удовольствия. Пальцы заблестели от жира, он причмокивал от удовольствия, мол, язычнику можно чревоугодничать, ему ничего не будет, языческие боги сами не прочь пожрать вволю, выхлестать бочонки вина, а потом еще и подгрести под себя бабу. А нет бабы – сойдет и любая животина. Вот Зевс даже рыбами и пернатым миром не брезговал.
– И что? – спросил Томас.
– А ничо, – ответил Олег с набитым ртом.
– А никакой магии и близко не было, – ответил Олег, – пока ты не переговорил с Гакондом. Да и то не сразу. Сдается мне, дело нечистое…
Томас сказал раздраженно:
– Конечно, нечистое, магия! Но мы при чем?
– А притом, что тобой заинтересовались только тогда, как король выписал тебе грамоту на все те земли, откуда идет Черная Язва. До этого ты ну никого не интересовал!..
