0
0— Может, смилостивишься, дорогая, и не станешь долго испытывать мое терпение?
— Понимаешь, милый, он очень беспокоится за своего брата.
— А что с ним может случиться? — удивленно спросил Леша.
— Ты же помнишь, что случилось года полтора назад? — О чем ты?
— Ну, ты сам мне рассказывал, как один из гостей начал палить от радости в потолок.
— Еще бы не помнить: я тогда пятнадцать тысяч продул, поставив не на того, а этот фрайер шестьдесят штук зеленых одним махом загреб! — Он поморщился от неприятных воспоминаний. — И что? Отчего ты вдруг вспомнила об этом случае? И причем тут брат Рэкса?
— Как ты сам знаешь, ставки сегодня будут самые крутые, и что будет, если кто-то с радости или с горя вновь начнет палить?
— Ну и пусть себе палит! — равнодушно бросил Леша-Шкаф.
— Да я совсем не об этом, милый… — она снова немного помолчала.
— Речь идет о нашем Рэксе. — Говори, пожалуйста, толком. Ничего пока не понял! — Брат его сказал, что Рэкс — бывший «афганец». — Нам об этом известно, и что?
— Как ты думаешь, кто его лучше знает: мы или брат, который, между прочим, тоже будет на состязаниях и наверняка будет ставить на Рэкса?
— И что же он хочет? — благодушное настроение у Леши как ветром сдуло.
— Он говорит, что стоит Рэксу услышать выстрел, как ему начинает казаться, что он снова в Афганистане, и тут он может натворить черт знает что! — Да-а-а.. Об этом я как-то не подумал. — Как и я, милый. Это мне нужно было все тщательно продумать: у тебя и других забот хватает.
— И что же здесь можно сделать? Обзвонить всех приглашенных и попросить не входить в зал с оружием?
— И скольких ты сможешь обзвонить? Нет, здесь нужно что-то другое… — Лолита сделала вид, что задумалась.
— Хоть проверяй всех при входе в зал! — неожиданно бросил он.
— А что, гениально придумано! — радостно воскликнула она и бросилась к нему с поцелуями.
— Гениально-то гениально, но… — Леша-Шкаф поморщился. — Не станешь же каждого шмонать при входе?
— А шмонать и не нужно, зачем оскорблять уважаемых людей? — Она хитро посмотрела на него. — Вспомни, о какой штучке ты мне рассказывал!
— Ты о той, что мне Серый достал? А что, это даже очень ничего: и не шмон вроде, а металл не пронесешь.
— Ты с ума сошел! — воскликнула она, не в силах рассердиться теперь, когда ее план удался. Леша-Шкаф, конечно, сделает все, чтобы ни один гость не пронес оружие на юбилей. — Ну вот, все волосы мне намочил… — томно произнесла Полита, нежно лаская его мощное тело.
Савелий стоял у дверей ванной комнаты. Он слышал почти весь их разговор и одобрил гениальный план «брата».
