5
0Мосье Рено отчаянно старается как можно скорее отделаться от девушки. Почему? Не только потому, что этот разговор ему неприятен. Нет, он упускает драгоценное время. Какая-то причина заставляла его спешить.
– Что же это за причина? – спросил я озадаченно.
– Давайте подумаем вместе. Что это может быть? Немного позже произошел инцидент с часами, помните? И мы снова убеждаемся, что время играет чрезвычайно важную роль в этом преступлении. Вот тут мы приближаемся к самому драматическому моменту. Белла Дьювин уходит в половине одиннадцатого. По свидетельству разбитых часиков, преступление было совершено или, во всяком случае, подготовлено до полуночи. Итак, мы рассмотрели все события, предшествовавшие убийству, кроме одного. Бродяга к тому моменту, когда его обнаружили, был мертв, по словам доктора, по меньшей мере уже двое суток, а возможно, и трое. Итак, не имея других фактов, кроме тех, что мы обсудили, я считаю, что его смерть наступила утром седьмого июня.
Я ошеломленно уставился на Пуаро.
– Как? Почему? Откуда вы это взяли?
– Дорогой Пуаро, весьма сожалею, но мне ничего не бросается. Мне казалось, я начал уже что-то понимать, но теперь безнадежно и окончательно запутался. Ради бога, не томите меня, скажите, кто убил мосье Рено?
– Вот этого-то я и сам пока точно не знаю.
– Но вы же сказали, что это бросается в глаза!
– Жорж Конно, – ответил я неуверенно, с опаской глядя на Пуаро.
– Совершенно верно. Помните, Жиро изрек как-то, что женщина наверняка солжет в трех случаях: во имя своего спасения, во имя спасения возлюбленного и во имя спасения ребенка. Мы согласились, что именно Жорж Конно навязал мадам Рено эту выдумку про иностранцев, однако Жорж Конно – это не Жак Рено, откуда следует, что третий случай исключается, первый – тоже, ибо мы приписываем преступление Жоржу Конно. Итак, мы вынуждены обратиться ко второму случаю – мадам Рено лгала ради спасения человека, которого она любила, иными словами, ради спасения Жоржа Конно. Вы согласны с этим?
– Да, – признался я. – Рассуждения весьма логичны.
– Располагаем ли мы свидетельством того, что мадам Рено любила бродягу?
– Отлично. Не цепляйтесь за версии, которые не подтверждаются фактами. Лучше задайтесь вопросом, кого на самом деле любила мадам Рено?
Я в полном замешательстве пожал плечами.
Я ошарашенно уставился на Пуаро.
– Своего мужа? – У меня челюсть отвисла от изумления.
– Своего мужа или… Жоржа Конно, называйте его как хотите.
Я постарался взять себя в руки.
– Отчего же? Ведь вы только что согласились, что мадам Добрэй имела основание шантажировать Жоржа Конно?
– И разве она не шантажировала мосье Рено, причем весьма успешно?
– Да, вероятно, так и было, но…
– Не забудьте, что мы ничего не знаем о мосье Рено, о его прошлом, о его юности.
