12
0Элиза Данн – так ее зовут.
– И в среду между вами не было никаких… разногласий?
– Абсолютно никаких. И именно поэтому ее поступок кажется мне таким странным.
– Много ли прислуги в вашем доме, мадам?
– Две служанки. Горничная, Анни, – очень милая девушка. Немного забывчивая, правда, голова-то у нее занята в основном кавалерами, но хорошая служанка, все поручения выполняет быстро и аккуратно.
– Ладила ли она с кухаркой?
– Конечно, они порой спорили по мелочам, но в целом у них были хорошие отношения.
– А ваша горничная не может пролить свет на эту таинственную историю?
– Она говорит, что нет… но вы же знаете, каковы эти слуги… круговая порука, они никогда не скажут ничего лишнего друг о друге.
– Да, да, понятно, мы должны разобраться в вашей истории. Где, вы сказали, вы проживаете, мадам?
– В Клэпеме, Принц-Альберт-роуд, дом восемьдесят восемь.
– Bien, мадам, пока я желаю вам всего наилучшего, но вы можете рассчитывать, что еще сегодня мы с вами вновь встретимся в вашем доме.
Простившись с нами, миссис Тодд – такова была фамилия нашей новой знакомой – удовлетворенно выплыла из комнаты. Пуаро с легкой тоской взглянул на меня.
– Да, да, Гастингс, похоже, нам придется заняться непривычным дельцем. Исчезновение клэпемской кухарки! Никогда, никогда нашему любезному инспектору Джеппу не доведется услышать об этом!
Затем он нагрел утюг и с помощью промокательной бумаги тщательно удалил жирное пятно со своего серого костюма. Подравнивание усов он с сожалением отложил до лучших времен, и мы отправились в Клэпем.
Принц-Альберт-роуд оказалась славной улочкой, она встретила нас двумя рядами ладных домиков, похожих друг на друга как близнецы-братья, с аккуратными кружевными занавесками на окнах и до блеска отполированными медными кольцами на дверях.
Подойдя к дому восемьдесят восемь, мы позвонили в дверь, и нам открыла опрятная горничная с миловидным личиком. Миссис Тодд также вышла в прихожую.
– Не уходи, Анни, – повелительно окликнула она служанку. – Этот джентльмен – детектив, и он желает задать тебе несколько вопросов.
На лице Анни отразилось нечто среднее между тревогой и приятным волнением.
– Благодарю вас, мадам, – с поклоном сказал Пуаро. – С вашего позволения, я предпочел бы сейчас побеседовать с горничной наедине.
Нас провели в небольшую гостиную, и, когда миссис Тодд с очевидной неохотой выплыла из комнаты, Пуаро приступил к своему допросу:
– Видите ли, мадемуазель Анни, все, что вы нам расскажете, может оказаться исключительно важным. Только вы можете пролить свет на этот таинственный случай. Без вашей помощи я ничего не смогу сделать.
Тревога исчезла с лица девушки.
– Уверяю вас, сэр, – сказала она, – я расскажу вам все, что знаю.
– Вот и отлично.
