10
0А даже если и так, куда подевалось тело?
– Именно! Как верно подметил наш друг Гастингс, трупы имеют неприятную привычку появляться как раз в самый неподходящий момент, причем с почти фатальной неизбежностью.
– Да, кстати, Пуаро, один из садовников утверждает, что мельком заметил какую-то мужскую фигуру – незнакомец, дескать, сворачивал за угол виллы. Как ему показалось, тот направлялся в сторону розария. Между прочим, именно к розарию выходят французские окна в кабинете мистера Дэвенхейма, да и сам хозяин, как все говорят, предпочитал приходить и уходить именно этим путем. Правда, особо полагаться на парня не стоит – он копался на грядках, высаживал огурцы, так что даже не удосужился толком разглядеть – проходил кто-то из чужих или же сам хозяин. К тому же он не очень уверен, когда это было. Должно быть, незадолго до шести, поскольку обычно садовники заканчивают работу именно в это время.
– А когда вышел из дому мистер Дэвенхейм?
– Примерно в полшестого.
– Скажите, Джепп, а что располагается за розарием?
– А сарай для лодок там есть?
– Есть, разумеется. Хозяева держат там парочку плоскодонок… на всякий случай. Впрочем, понимаю, куда вы клоните, Пуаро. Предполагаете, что это самоубийство, да? Что ж, не стану скрывать от вас – Миллер как раз намерен завтра отправиться туда, чтобы прочесать драгой все озеро. Теперь вы и сами видите, что это за человек!
Понимающе улыбнувшись, Пуаро повернулся ко мне:
– Гастингс, друг мой, прошу вас, передайте мне «Дейли мегафон». Если память меня не подводит, там опубликована на редкость четкая фотография пропавшего.
Я встал и отыскал ему нужную газету. Пуаро какое-то время внимательно вглядывался в его черты.
– Хм, – пробормотал он наконец, – волосы довольно длинные, волнистые. Густые усы, остроконечная бородка, кустистые брови. Глаза темные?
– Волосы и борода с сильной проседью?
– Ну же, Пуаро, что вы на это скажете? Вам, поди, все ясно как божий день, не так ли?
– Наоборот, совершенно непонятно.
По лицу полицейского инспектора легко читалось, что слова Пуаро для него как бальзам на душу.
– Что, однако, не лишает меня уверенности в том, что загадку эту можно разрешить, – добавил Пуаро.
– Поверьте, для меня добрый знак, когда дело кажется туманным с самого начала. Куда хуже, когда с первого взгляда все вроде бы легко прочитывается… это не к добру, уж вы мне поверьте! Сразу понятно – кто-то позаботился, чтобы все выглядело именно так.
Джепп жалостливо покачал головой:
– Что ж, кому что нравится. Ежели обо мне, так я уж точно терпеть не могу бродить во мраке.
– А я и не брожу, – насмешливо возразил Пуаро, – я закрываю глаза – и размышляю.
Джепп удовлетворенно вздохнул:
– Что ж, впереди у вас целая неделя – можете поразмыслить вволю.
– Вот-вот.
